2 "The Lying Detective" Шерлок при смерти
Дисклеймер (на всякий случай). Я не претендую ни на какую истину и, тем более, в последней инстанции. Заметки — мои личные впечатления, и анализирую я во многом больше собственные эмоции от просмотра, нежели самих героев. Вы предупреждены.
В тексте достаточно английского оригинала с переводом Первого и часто с моим собственным переводом, который я даю в скобках и снабжаю в конце словом "мое". Я не ставлю своей целью вытащить на свет все ошибки перевода (тем более, что я далеко не на все указываю), просто оригинал довольно сильно влияет на мое впечатление, и потому в случаях расхождения мне приходится приводить его, а не только перевод. Перевод Первого я, кстати, очень люблю — как и вообще художественный перевод.
Курсивом выделены мои впечатления посреди разговора от конкретных фраз.
При написании отзывов я смотрела серии либо в переводе Первого с английскими субтитрами, либо в оригинале с ними же. Довольно часто я указываю, где и как именно я смотрела.
собственно отзыв
На двух языках.
Выстрел Норбери (?).
Утро основного дня серии. Джон лежит без сна.
Середина основного дня. На приеме у психотерапевта.
Психотерапевт: You just said you woke up. Вы сказали, что проснулись.
Джон: I stopped lying down. Я перестал лежать.
На Джона жутко смотреть — на того, который "перестал лежать".
Психотерапевт: Alone? Вы были один?
Помнится, при первом взгляде на эту сцену я решила, что мне показалось, что он лежит не один.
Джон: Of course alone. Конечно, один.
Психотерапевт: I meant Rosie, your daughter. Я про Рози, вашу дочку.
Джон: Uh, she’s with friends. Она у друзей.
Вот он правильно поступает с учетом своего состояния. Как лучше для ребенка. Но при этом сам закапывается все глубже и глубже.
Психотерапевт: Why? Почему?
Джон: Can’t always cope ... and, uh, last night wasn’t ... good. Я не справляюсь. И вчера я чувствовал себя... неважно. (Я не всегда справляюсь... и прошлая ночь была... не хорошей. — мое)
Можно себе представить, через что Джон прошел, чтобы вот так это признать. Через понимание, что он не способен позаботиться о своем ребенке. Через решение временно отдать Рози чужим людям. Через саму передачу. Через полное одиночество в гробовой тишине дома. Через открытое признание, что он никчемный отец перед психотерапевтом, которого он в первый раз в жизни видит. Про самооценку тут можно сразу забыть и не вспоминать. Она в глубоком минусе.
Психотерапевт: That’s understandable. Это объяснимо. (Это понимаемо — мое)
Джон: Is it? Why? Why is it understandable? Why does everything have to be understandable? Why can’t, um, some things be unacceptable and-and we just say that? Почему? Почему объяснимо? Разве все должно быть объяснимо? Может быть, все же есть вещи необъяснимые , мы обязаны это признать? (Правда? Почему? Почему это понимаемо? Разве все обязано быть понимаемо? Разве некоторые вещи не могут быть неприемлемы? Почему просто не сказать это? — мое)
Вот-вот. Он считает сделанное им недопустимым, несмотря на всю разумность.
Психотерапевт: I only mean it’s okay. Я имею в виду, что это нормально.
Джон: I’m letting my daughter down. How the hell is that okay? Я забросил свою дочь. Это что, нормально? (Я подвел свою дочь. Как, черт побери, это можно считать нормальным? — мое)
Психотерапевт: You just lost your wife. Вы потеряли жену. (Вы только что потеряли жену — мое)
Джон: And Rosie just lost her mother. А Рози потеряла мать. (А Рози только что потеряла мать — мое)
На последнем слове его голос срывается, он откашливается.
Джон дома, один...
Черт. Они ведь специально это. То, как Джона показывают, сильно смахивает на начало "Этюда". До знакомства с Шерлоком.
Психотерапевт: So there is no-one you talk to, confide in? Вам совсем не с кем поговорить, поделиться?
Джон: No-one. Не с кем.
Он прошел полный круг и вернулся к полному одиночеству.
Вновь утро основного дня.
Джон: Oh, I’m picking up Rosie this afternoon, after I’ve seen my therapist. Got a new one; seeing her today. О, я заберу Рози попозже — я нашел нового психотерапевта. У нас с ней сегодня первый сеанс.
Женский голос: Are you gonna tell her about me? Ты расскажешь ей про меня?
Джон: No. Нет.
Помню, при первом показе я в этот момент подумала: "Боже, он все-таки завел роман с той дамой из автобуса! Понятно, что хочет забыться, но самому же потом хуже будет, когда немного очухается". А через пару секунд я услышала:
Мэри: Why not? Почему?
Джон: Because I can’t... you know I can’t. She thinks you’re dead. Это не нужно. Потому что она думает, что ты умерла. (Потому что я не могу... ты знаешь, что я не могу. — мое)
И в голове появилось: "Господи, да он в отрицании!"
Мэри: John, you’ve got to remember. It’s important. I am dead. Джон, ты должен помнить, это важно. Я правда умерла.
Мэри: Please, for your own sake and for Rosie’s. This isn’t real. I’m dead. Прошу тебя. Ради тебя самого и ради нашей Рози. Ты должен поверить: меня больше нет.
Джон смотрит куда угодно, только не на Мэри. Отводит глаза.
Мэри: John. Look at me. Джон, посмотри на меня.
Мэри: I’m not here. You know that, don’t you? Ты же сам знаешь. Тут никого нет, Джон. (Меня здесь нет — мое)
Джон: Okay, I’ll see you later. Все, я ушел. (Ладно, увидимся позже. — мое)
Он говорит эти слова сдавленным от слез голосом. Он видит, что перед ним действительно никого нет.
Джон видит Мэри в той одежде, в которой она погибла. И отказывается согласиться, что Мэри здесь нет — что она умерла. Хотя и осознает, что это так. Но он, видимо, просто не может ее отпустить. Ему не смириться. Он видит Мэри за домашней рутиной, она его обнимает со спины, он видит ее рядом с собой в постели. Но даже здесь видно, что это не настоящая Мэри. Мэри в сознании Джона нежнее и мягче. Он ее такой видел. И любил.
Вообще, если они хотели показать внутреннюю драму Джона, то могли просто дать услышать его внутренний голос. Но они пошли более сложным путем, временно создав их целых 2 штуки.
Психотерапевт: Is there anything you’re not telling me? Вы чего-то недоговариваете.
Джон: No. Нет.
Джон едва сдерживает слезы, по щеке Мэри катится крупная слеза. Внутренний голос. Те эмоции, что скрывает сейчас Джон.
"Психотерапевт" прозорливо говорит, что он смотрит на что-то за ее спиной.
Психотерапевт: Now I am reminding you of your friend, I think. Очевидно, я напомнила вам вашего друга.
Звучит теперь очень двусмысленно:-).
Психотерапевт: Do you talk to Sherlock Holmes? Вы общаетесь с Шерлоком Холмсом? (Вы разговаривали с Шерлоком Холмсом? — мое)
Джон: I haven’t seen him. No-one’s seen him. He’s locked himself away in his flat. God knows what he’s up to. Я с ним не вижусь. Его никто не видит. Говорят, он вообще не выходит из дома. (Я не виделся с ним. Никто с ним не видится. Он заперся в своей квартире. Бог знает, что он там затевает. — мое)
Я так понимаю, это то, что он знает от Майкрофта.
Психотерапевт: Do you blame him? Вы вините его?
Джон: I don’t blame... I don’t think about him. Нет, я не думаю о нем. (Я не виню... я не думаю о нем).
Не винит? Не думает? Неправда или неосознавание?
Психотерапевт: Has he attempted to make contact with you? Он пытался с вами связаться?
Джон: No. Нет.
Психотерапевт: How can you be sure? He might have tried. Почему вы так уверены, что он не пытался?
Джон: No, if Sherlock Holmes wants to get in touch, that’s not something you can fail to notice. Если Шерлок Холмс хочет связаться, это трудно не заметить.
Может быть, Джон в глубине души хотел, чтобы Шерлок с ним связался?Эта мысль приходит мне в голову каждый раз, когда я смотрю этот момент. Хотя Бог знает, чем бы такая встреча могла кончится.
С улицы слышится шум, какая-то машина на полной скорости подлетает к дому, сверху зависает вертолет. Джон и психотерапевт выходят на улицу.
При первом просмотре я честно подумала, что это Майкрофт — нечто вроде того, что было в "Белгравии", но "подвозка" не в Букингемский дворец, а в 221Б. Что ж, ошибочка вышла:-)))).
Заставка.
Дубляж с сабами.
Три года назад. Смит в стеклянной башне со своими "друзьями". Действие идет сразу в двух временных отрезках: 1) заседание Смита 2) Фейт сразу после заседания отчаянно пытается вытащить из памяти угасающие детали и записать их на бумаге.
Занудновато. И в первый раз, и сейчас. Единственное, что заслуживает внимания, это речь Смита о друзьях и признаниях.
Смит: What’s the very worst thing you can do to your very best friends? Какое худшее зло мы можем причинить своим друзьям?
...
Фейт: Well? What is the worst thing you could do? Ну, так что же это за худше зло?
Смит: Tell them your darkest secret. Because if you tell them and they decide they’d rather not know, you can’t take it back. You can’t unsay it. Once you’ve opened your heart, you can’t close it again. Открыть им свою страшную тайну. Поскольку открывшись им, ты не знаешь, как они это воспримут. А слов назад не возьмешь, сказанного уже не воротишь. Распахнув свое сердце, его уже не закроешь.
И еще меня ужаснуло, как вся эта компания, в общем-то, не последних людей в обществе, безропотно согласилась на подключение капельниц. Вспоминается "Игрушка" с Ришаром.
На двух языках.
Шерлок на Бейкер-стрит и "леди в красном" (она у меня идет особняком, поскольку Эвр тут не просто играет роль, но и сама чуть-чуть раскрывается).
221Б очень захламлена. Взгляд у Шерлока то и дело "улетает", руки дрожат. Наркота. И одиночество. Хотя на этот раз кресло Джона на месте. На то есть причины.
Мне нравится эта история. Нравится и в целом и по отдельности. Замечательно показано, что дедукция у Шерлока существует почти параллельно его сознанию. Как одурманенное сознание не успевает обрабатывать полученную информацию. А когда все-таки "догоняет", то включается уже не разум, а сердце Шерлока Холмса.
Шерлок: Stop. Wait! Your life is not your own. Keep your hands off it, do you hear me? Off it. Off it. Стойте! Подождите! Ваша жизнь вам не принадлежит. Не делайте этого! Вы поняли? Думать не смейте!
В озвучке скрашено выразительное "руки прочь от нее".
Вспомнила сейчас, что момент с самоубийством — наверняка отсылка к "Делу жилички под вуалью" (The Adventure of the Veiled Lodger) АКД и из интереса залезла в оригинал. И что же я увидела?
оригиналWe had risen to go, but there was something in the woman's voice which arrested Holmes's attention. He turned swiftly upon her.
“Your life is not your own,” he said. “Keep your hands off it.”
“What use is it to anyone?”
“How can you tell? the example of patient suffering is in itself the most precious of all lessons to an impatient world.”
The woman's answer was a terrible one. She raised her veil and stepped forward into the light.
“I wonder if you would bear it,” she said.
It was horrible. No words can describe the framework of a face when the face itself is gone. Two living and beautiful brown eyes looking sadly out from that grisly ruin did but make the view more awful. Holmes held up his hand in a gesture of pity and protest, and together we left the room.
Two days later, when I called upon my friend, he pointed with some pride to a small blue bottle upon his mantelpiece. I picked it up. There was a red poison label. A pleasant almondy odour rose when I opened it.
“Prussic acid?” said I.
“Exactly. It came by post. 'I send you my temptation. I will follow your advice.' That was the message. I think, Watson, we can guess the name of the brave woman who sent it.”
Из трех имеющихся у меня переводов только один (Норы Галь:-))) более или менее отражает момент:
переводМы встали, готовые уйти, но что-то в голосе женщины привлекло внимание Холмса. Он круто повернулся к ней.
— Ваша жизнь вам не принадлежит, — сказал он. — Не вздумайте наложить на себя руки.
— Кому нужна моя жизнь?
— Откуда вам знать? Пример терпеливого страдания сам по себе — драгоценнейший из уроков миру, не знающему терпения.
Ответ женщины был ужасен. Она подняла вуаль и выступила на свет.
— Хотела бы я знать, могли бы вы такое вынести?
Это было страшно. Никакими словами не описать руины лица, когда лица не осталось. Живые, прекрасные карие глаза скорбно смотрели с устрашающих останков, и от этого взора зрелище казалось еще невыносимей. Холмс поднял руку движеньем, полным жалости и протеста, и мы вышли.
Когда три дня спустя я навестил моего друга, он не без гордости показал мне синий флакончик, стоящий на каминной полке. Я взял пузырек в руки. Красная наклейка гласила: яд. Я откупорил его и вдохнул приятный запах миндаля.
— Синильная кислота? — сказал я.
— Совершенно верно. Я получил это по почте. В записке сказано: «Посылаю вам мое искушение. Последую вашему совету». Думаю, Уотсон, нетрудно угадать имя необыкновенной женщины, которая это прислала.
Дедукция продолжается. Интересно, что шрамы на руке у Эвр ведь действительно были. И действительно "самопричиненные", хотя и не по тем причинам, что предположенный Шерлоком self-harm (самоповреждение, патологический симптом)
Шерлок: It’s too heavy. You said I was your last hope and now you’re going out into the night with no plan on how you’re getting home... and a gun. Она [сумка] слишком тяжелая. Я не взял ваше дело и теперь вы уходите, явно не собираясь возвращаться домой. С оружием. (Вы сказали, что я был вашей последней надеждой, и теперь уходите в ночь без представления, как вернетесь домой... и с пистолетом. — мое)
Трость+пистолет+потенциальная самоубийца = Шерлок вспоминает уходящего Джона — Джона, которого Шерлок бросил одного в доме, где нашли "женщину в розовом".
Больше этот эпизод нигде не "выстрелил", значит, можно безопасно рассматривать его самое прямое значение. Суицидальность Джона в "Этюде" всегда была для меня под вопросом. Сначала они ее ввели (см. "пилотную" серию) и даже оставили в первоначальном варианте сценария, но затем все-таки вычеркнули, придав более широкий смысл и взгляду на пистолет, и кошмару/сну о войне. Что ж, пусть будет так. Другой вопрос, что Шерлок этим воспоминанием не постиг истину — да, Джону в этот момент было тошно, но он думал не о самоубийстве. К тому же через пару минут его похитил Майкрофт, и ему вообще стало не до того. Я думаю, что это переосмысленный вывод Шерлока. Я имею в виду, что в "Этюде" Шерлок не считал, что Джон suicidal. И в момент, который он вспоминает, он точно так не думал (оставлю за скобками, насколько подобные воспоминания вообще реальны — Шерлок, по идее, в этот момент должен был на крыше стоять и оттуда обозревать окрестности, либо обыскивать ближайшие помойки, а не смотреть в спину Джону). Я уверена, что если бы Шерлоку это в тот момент пришло в голову, он бы сразу вернулся за Джоном. Да он в меньшем уже тогда о нем заботился — от хромоты, вон, избавил. Чтобы он действительно бросил Джона, предполагая, что тот думает о самоубийстве, ради поисков чемодана? No way. Я в такое не верю. Чемодан с помойки никуда бы не делся.
Так что я полагаю, что Шерлок лишь позже понял, к чему был близок Джон. И на мой взгляд, он считает себя за этот эпизод виноватым. Это так показано... сгорбленная спина хромающего человека (и ведь действительно Шерлок поступил "A Bit Not Good" ("Немного нехорошо"). Если не знать контекста воспоминаний, то полное впечатление, что человек однажды не спас от самоубийства кого-то близкого, и теперь пытается помочь хоть этой женщине. Но к счастью, Джон вполне себе жив, и на Шерлоке не висит ТАКОГО груза вины.
Ладно. Шерлок делает замечание про картошку-фри, которую можно суицидникам (еда не самая здоровая, но если собираешься умирать, то это уже не так важно), и снимает с себя пиджак. На мгновение опирается о стену и зажмуривается (от боли? головокружения? общего недомогания?). Краткий разговор с миссис Хадсон. Он надевает пальто и выходит под проливной дождь гулять с... другом. С "леди в красном".
Ма-айкрофт! Элегантный, в смокинге, и на приеме в высшем обществе. Но... долг зовет. Младший брат вышел из дома.
Шерлок покупает себе и "леди в красном" картошку-фри с кетчупом. Они усаживаются на скамейку внутри крытой остановки, и Шерлок начинает объяснять свою дедукцию про записку. Я так понимаю, большая часть выводов — и здесь, и дальше — ложные. Все эти три года записка находилась либо у Смита, либо у Эвр. Трудно себе представить, чтобы Смит хранил ее в книгах или вешал где-то на видном месте. И уж тем более, Эвр этого не делала. Разве что намеренно ради Шерлока.
Шерлок видит, что над ними зависает дрон и предлагает "леди в красном" пройтись.
Джон видит, что ему звонит Майкрофт, но подходить не хочет. Мэри говорит, что он должен подойти. Возможно, это о Шерлоке. Джон устало говорит, что, разумеется, это о Шерлоке. Это всегда о Шерлоке.
Лицо Джона переходит в "леди в красном". Она задает наводящие вопросы, и Шерлок на ходу продолжает объяснения. Опять-таки, видимо, невалидные, но мне все равно очень нравится "оконная дедукция".
Их опять нагоняет дрон.
Леди в красном: Oh. Big Brother is watching you! О, Большой брат следит за тобой!
Шерлок: Literally. В прямом смысле.
О да! И даже дважды "да"!
Майкрофт в "наблюдательной комнате" и леди Смолвуд.
Майкрофт: What’s he doing? Why’s he just wandering about like a fool? Что это с ним? Мечется как безумец из стороны в сторону. (Что он делает? Болтается по дороге как идиот! — мое)
Леди Смолвуд: She died, Mycroft. He’s probably still in shock. Ему тяжко, Майкрофт. Смерть — это всегда шок. (Она [Мэри] умерла, Майкрофт. У него, наверное, еще шок. — мое).
Вот за это мне хочется пнуть Майкрофта и расцеловать леди Смолвуд. И не потому, что она поняла правильно, это не так — просто за человечность.
Майкрофт: Everybody dies. It’s the one thing human beings can be relied upon to do. How can it still come as a surprise to people? Все умирают. Это единственный факт, который нельзя подвергнуть сомнению. Однако он всегда застает людей врасплох.
Леди Смолвуд: You sound cross. Am I going to be taken away by security again? Вы раздражены. Я бы не хотела, чтобы меня опять увела охрана.
Майкрофт: I have, I think, apologised extensively. Я ведь, кажется, уже принес вам извинения.
Леди Смолвуд: You haven’t made it up to me. Но не искупили свою вину.
Майкрофт: And how am I supposed to do that? И как бы я мог это сделать?
А вместо ответа нам предлагают красноречивые слова "леди в красном".
Леди в красном: Sex. Секс.
В принципе, мне нравится тандем Майкрофта и леди Смолвуд. Хотя она старовата для него, и Антея как-то привычнее. С другой стороны, конкретно в этой сцене у меня появляется неприятное ощущение, что Майкрофту предлагают расплатиться на прошлую ошибку, так сказать, "натурой". Нет, я понимаю, что это такой флирт, но все же... неприятно как-то.
Шерлок: I’m sorry? Простите?
Леди в красном: Sex. How did you know I wasn’t... getting any? Секс. Как вы узнали, что у меня... его нет?
Рассуждения об отсутствии секса (или вернее, отсутствии отношений) на основе пятнышка крови. В общем-то, нам показали эту каплю, когда Фейт отчаянно пыталась хоть что-то записать на листке. Но совершенно непонятно, каким образом она в тот момент поранилась. Это могло быть как случайно... так и да, для того, чтобы "протрезветь" от введенного ей наркотика. Так что, вполне возможно, что Шерлок по сути и прав... Хотя в этом разговоре он явно предполагает, что кровь от вышеупомянутого self-harm т.к. упоминает шрамы.
Леди в красном: How do you know he didn’t notice? С чего вы взяли, что он не видел [новые шрамы]?
Шерлок: Oh, well, because he would have done something about it. Ну, иначе он бы что-нибудь предпринял.
Леди в красном: Would he? Думаете?
Шерлок: Wouldn’t he? Isn’t that what you people do? Людям это свойственно.
Леди в красном: Well, that’s interesting. Интересно.
Шерлок: What is? Что?
Леди в красном: The way you think. Как вы мыслите.
Шерлок: Superbly? Блестяще?
Леди в красном: Sweetly. Сентиментально.
Ну, она права. Он исходит из добрых намерений ее предполагаемого партнера. И почему-то... не могу объяснить... но мне кажется, что к этому ходу мыслей имеет отношение Джон Ватсон.
Шерлок: I’m not sweet; I’m just high. Я просто под кайфом. (Я не сентиментален, я просто под кайфом. — мое)
Не хочет показаться милым/сентиментальным и списывает все на наркотики.
Шерлок: This way. Сюда.
Леди в красном: What? We just came that way. Но мы же оттуда пришли.
Шерлок: I know. It’s a plan. Знаю. Таков план.
Один из по-настоящему юморных моментов серии:-))). Шерлок, выписывающий на дороге [f]uck off и весело поднимающий банку пива в уличную камеру — это улет!
Майкрофт звонит Джону.
Джон: I’m trying to sleep. Can you stop ringing my damn phone? Я уже сплю. Сколько можно звонить? (Пытаюсь спать — мое)
Майкрофт: Sherlock has left his flat for the first time in a week, so I’m having him tracked. Шерлок впервые за неделю вышел из дома. Я организовал за ним слежку.
Т.е. это полторы-две недели после смерти Мэри.
Джон: Nice. It’s very touching how you can hijack the machinery of the state to look after your own family. Can I go to sleep now? Как мило. Вам удалось подключить государственный аппарат к слежке за собственными родственниками. Можно, я пойду спать? (Очень трогательно, что вы пользуетесь государственным аппаратом, чтобы следить за своими родными. — мое)
Конечно, он не спал. Он полностью одет, сидит в одиночестве в супружеской спальне, глаза красные, как после долгих слез. Но тон просто усталый.
Майкрофт: Sherlock gone rogue is a legitimate security concern. The fact that I’m his brother changes absolutely nothing. It didn’t the last time and I assure you it won’t with... Шерлок в загуле. Это дело госбезопасности. И тот факт, что я его брат, абсолютно ничего не меняет. Не изменил в прошлый раз, не изменит и...
Проговорился.
Mycroft:... with Sherlock. Где Шерлок? (... с Шерлоком. — мое)
Джон: Sorry, what? В прошлый? (Простите, что? — мое)
Джон отметил оговорку, но у него нет сил вдаваться в детали, а Майкрофт спешит свернуть опасную тему.
Майкрофт: Please phone me if he gets in contact. Thank you. Позвоните, если он выйдет на связь. Спасибо.
Разумеется, леди Смолвуд не может не спросить про Шерринфорд, но для Майкрофта это давно решенное дело.
Фейт: Are we gonna walk all night? Мы будем гулять всю ночь?
Шерлок: Possibly. It’s a long word. Возможно. Очень длинное слово.
Фейт: What is? Какое?
Шерлок: “Bollocks.” "Мозгоклюй".
Ой, я все-таки тормоз! Только сейчас поняла, причем тут "мозгоклюй". Это Шерлок еще одно слово для братца собой выписывает, в оригинале почти нецензурное ("хрен тебе").
Шерлок и "леди в красном" улыбаясь, идут по мосту. Она держит его под руку, а он несет ее трость.
Близится утро. Они сидят на скамейке на набережной. Рассуждения Шерлока насчет имени, которое "Фейт" не помнит.
Шерлок: And you remember quite distinctly that your whole life turned on one word. So that happened, I don’t doubt it, but how can that word be a name – a name you instantly recognised that tore your world apart? Вы отчетливо помните, что ваша жизнь изменилась из-за одного слова. Думаю, так и было, и я найду это слово — точнее, имя. Имя, которое перевернуло ваш мир. (Вы отчетливо помните, что всю вашу жизнь перевернуло одно слово. Я не сомневаюсь, что это так и было, но как это слово может быть именем — именем, которое, как вы сразу поняли, разорвало ваш мир на части? — мое)
Шерлок забирает у "леди в красном" пистолет в качестве платы. Очень... цепляющий момент. И отсылающий лично меня опять к рассказу АКД и финалу с пузырьком синильной кислоты.
Шерлок: “Taking your own life.” Interesting expression. Taking it from who? Oh, once it’s over, it’s not you who’ll miss it. "Лишить себя жизни". Неверное выражение. Не себя, а кого-то. Жалеть о ней будете не вы. ("Отнять свою жизнь". Интересное выражение. Отнять у кого? Ведь когда все кончится, это не вам будет ее не хватать.)
Перед глазами у него мелькает выстрел. Дымящийся пистолет. Норбери.
Шерлок: Your own death is something that happens to everybody else. Ваша смерть — это всегда испытание для других. (Ваша смерть — это то, что произойдет с другими. — мое)
Конечно, он говорит о Мэри. О том, как ее смерть повлияла на него самого. И на Джона. Мэри не кончала собой, но Шерлок считает, что это было близко к самоубийству. И нельзя сказать, что он не прав...
И он вновь повторяет — и собственные слова, и слова АКД Холмса
Шерлок: Your life is not your own. Keep your hands off it. Ваша жизнь вам не принадлежит. Не покушайтесь на нее. (Ваша жизнь вам не принадлежит. Руки прочь от нее).
Но на этом Шерлока начинает глючить. Мост теряет свой "пол". И одновременно начинает наклевываться разгадка — он видит слово "Anyone" ("Любой").
Фейт: You’re not what I expected. You’re... А я думала, вы не такой. (Вы/Ты не такой, как я ожидала. Вы/ты... — мое)
Шерлок судорожно хватается за решетку.
Шерлок: What... what am I? И какой... какой я? Что? А какой я?
Фейт: Nicer. Лучше.
Шерлок: Than who? Кого?
Фейт: Anyone. Любого.
Шерлок истошно кричит, у него перед глазами мелькает шприц с кровью и одновременно звучит что-то похожее на выстрел — Шерлок падает, как будто его подстрелили, и скорчивается у решетки моста. На миг мелькает какая-то круглая черная штучка в белую крапинку и идут детские воспоминания с песенкой.
Оба мелькающих эпизода мне остаются непонятными. Мне кажется, они не несут особой смысловой нагрузки — просто глюки Шерлока, основанные на рассказе "Фейт" и его собственных переживаниях из-за смерти Мэри.
Шерлок внезапно приходит в себя и начинает извиняться перед "Фейт", но ее уже нет, скамейка пуста. Он зовет ее, потом встает на ноги и уходит.
Шерлок идет по улице, его нещадно глючит, но он находит ответ насчет слова. Anyone. Любой, кто угодно. Боже, знала бы Молли, что слово, которое она с таким трудом произносит в конце прошлой серии, таким образом вывернет Шерлока на разгадку. Не только слово Молли, конечно, но и ее тоже.
Расхаживающий по потолку Шерлок — это круто! Но вот он наконец падает на кровать и нам сообщают, что с тех пор прошло 3 недели — до основного дня серии.
Основной день (и отступления в прошлое, вроде, кончились — не считая, отступлений в более ранние часы этого же дня). Красная спортивная машина мчится по улицам, а за ней вертолет и полиция. Красиво! Хотя музыка слегка намекает на юмор:-). Машина останавливается у дома психотерапевта Джона, и он (вместе с ней) выходит на улицу. Вот тут, помнится, и я засомневалась, что это Майкрофт:-).
Из машины с победным видом выходит миссис Хадсон.
Полицейский: Do you have any idea what speed you were going at? Вы знаете, с какой скоростью вы ехали?
Миссис Хадсон: Well, of course not. I was on the phone. Конечно, нет. Я говорила по телефону.
Одно из самых забавных мест серии:-)). И как уверенно она спихнула на Майкрофта обязанность разбираться с последствиями.
Джон в шоке от событий, а миссис Хадсон "рассказывает", как Шерлок ее перепугал.
Ну то, что Уиггинс предпочтет тикАть, я и раньше не сомневалась. Впрочем, Шерлоку только это и нужно.
Вообще, Шерлок, который читает наизусть Шекспира и "поднимает зверя" — это очень круто! И совершенно не выглядит чужеродным. А после просьбы о чае — еще и ну очень по-английски!
Джон: Did you call the police? Вы вызвали полицию?
Миссис Хадсон: Of course I didn’t call the police. I’m not a civilian! Конечно, нет. За кого вы меня принимаете! (Я не гражданская! — мое)
Ну... что, в принципе, довольно логично. Джона Майкрофту завербовать не удалось, но кто сказал, что он не завербовал миссис Хадсон?:-))). И заодно это объясняет, почему ее настолько не колышет, с какой скоростью она ехала. Она "при исполнении"!
Продолжение "пересказа" миссис Хадсон о чуть более ранних событиях этого дня.
Шерлок: Oh, these pictures! Oh, you can see them too. That’s good. А, эти снимки? Вы тоже их видите? Это хорошо.
Пр-релесть!
Опять в настоящее. Психотерапевт показывает Джону статью насчет обвинений Шерлока Смиту. Это произошло сегодня утром.
Джон саркастически говорит, что Шерлок, похоже, совсем свихнулся, а миссис Хадсон просит не шутить на эту тему после сегодняшнего.
Миссис Хадсон: You need to see him, John. You need to help him! Джон, умоляю, вы должны ему помочь!
Джон: Nope. Нет.
Миссис Хадсон: He needs you! Вы нужны ему!
Джон: Somebody else. Not me. Not now. Другие пусть его спасают. Только не я и не сейчас.
Миссис Хадсон: Now you just listen to me for once in your stupid life. I know Mary’s dead and I know your heart is broken, but if Sherlock Holmes dies too, who will you have then? Because I tell you something, John Watson. You will not have me. Выслушайте меня хоть раз в жизни! Я знаю, что Мэри умерла и ваше сердце разбито. Но если Шерлок умрет, кто у вас останется? Потому что на меня, Джон Ватсон, можете не расчитывать!
Не в бровь, а в глаз!
А Мэри, как более здравая и искренняя часть сознания Джона, кивком показывает ему идти за ней следом.
Миссис Хадсон вообще чудо! Так "обработать" Джона, чтобы добиться того, что ей нужно:-)). Кнут и пряник, приправленные женскими слезами! А Джон не ожидал, что его поймают на слове:-).
Шерлок в багажнике выглядит совершенно ошалелым, и его трясет крупной дрожью (ломка?).
Сцена с падающей чашкой... завораживает! Похоже, что в заставку тот непонятный кусочек попал из нее, но в зеркальном отображении — в заставке рука Шерлока идет слева, а здесь он ловит чашку справа. То ли они искусственно отразили, то ли снимали разные варианты.
Шерлок врывается в дом психотерапевта и начинает вести себя как дома. "Психотерапевта" он видит, но не узнает. Пьет из вазы... хохмит или от нартоты дикая жажда? Имхо, скорее второе. Ему и нехорошо, по-моему. И он отрубается в кресле "пациента". В сон? От чего? От слабости? Или это опять какой-то отходняк-приходняк наркоты?
Звонок Смита. Джон внезапно узнает, что у них с Шерлоком на сегодня назначена встреча со Смитом. И их даже уже ждет машина. Которую Смит послал по адресу, который сообщил ему Шерлок 2 недели назад. Судя по всему, Джону кажется, что он провалился в кроличью нору:-). Он орет на Шерлока, пытаясь понять, как тот мог за 2 недели узнать адрес психотерапевта, которую он сам выбрал только на этой неделе. Шерлок смотрит так, словно ему никак не проснуться.
Шерлок: Really? I correctly anticipated the responses of people I know well to scenarios I devised? Can’t everyone do that? Ну да. Я предугадал реакцию близких людей на разработанный мной план. Что тут такого? (Это же может каждый. — мое)
Шерлок: Except the boot. The boot was mean. Вот только багажник не предусмотрел. (Кроме багажника. Багажник — это было подло. — мое)
...
Джон: Never mind how. He’s dying to tell us that. I want to know why. Неважно, как. Это он расскажет. Я хочу знать, зачем. (Это сейчас неважно. Он умирает от желания рассказать как. Я хочу знать, почему. — мое)
Джон: I don’t care how you faked it, Sherlock. I wanna know why. Я плевать хотел на то, как ты это провернул, Шерлок. Я хочу понять, почему. ("Пустой катафалк" с))
Жизнь ходит кругами... И это очередной виток..
Шерлок: Because Mrs Hudson’s right. I’m burning up. Миссис Хадсон права. Мне нужна помощь.
Шерлок: I’m at the bottom of a pit and I’m still falling and... I’m never climbing out. Я сгораю и качусь вниз, и... самому мне не выбраться.
Шерлок: I need you to know, John – I need you to see that up here... I’ve still got it, so when I tell you that this... is the most dangerous, the most despicable human being that I have ever encountered; when I tell you that this-this monster must be ended, please remember where you’re standing, because... you’re standing exactly where I said you would be two weeks ago. Но я хочу, чтобы ты знал, Джон — хочу, чтобы ты увидел, что эта "машинка" пока работает. И когда я скажу тебе, что Смит — самый опасный, самый безнравственный тип, каких я когда-либо встречал, когда я скажу, что этого монстра необходимо уничтожить, вспомни, где ты стоишь. Ибо ты стоишь на том самом месте, которое я указал 2 недели назад.
Последнее предложение немного сбивает трагизм и драму, заставляет чуть улыбнуться. А Шерлок морщится и садится на стул. Нет, это все-таки не просто слабость. Его "ломает".
Шерлок: I’m a mess; I’m in hell; but I am not wrong, not about him. Я уже в аду, и я не ошибаюсь насчет него.
Когда я слышу "я уже в аду", то вспоминаю мэрино "Сойди в ад, Шерлок".
Джон: So what has all this got to do with me? Но какое это имеет отношение ко мне?
Шерлок: That creature, that rotting thing, is a living breathing coagulation of human evil, and if the only thing I ever do in this world is drive him out of it, then my life will not have been wasted. Это чудовище, эта гнусная тварь есть живое воплощение, сгусток человеческого зла. И если бы мне удалось избавить от него мир, моя жизнь была бы прожита не зря.
Шерлок: Look at me. Can’t do it, not now. Not alone. Ты же видишь. Сейчас мне это не под силу. Одному. (Посмотри на меня. — мое)
Последние слова он произносит так... как будто уже не играет. Уже не "drama queen", а действительно искренний Шерлок. И в глазах у него блестят слезы. Которые не исчезают, как по мановению волшебной палочки. И Джон на одном дыхании протягивает в ответ руку. Если бы бравада слетела с Шерлока после этого момента, можно было бы считать, что это реакция "сломавшегося" Джона на него так подействовала. Но нет. Сначала сам Шерлок, и лишь за ним — Джон. Потому что Шерлок задел собственную ахиллесову пяту. Одиночество. Он не хочет — а возможно, и не может — быть один.
Ну, а Джон не верит ему. Или точнее, себе не верит. Не верит, что сможет распознать ложь Шерлока. Он настолько потерял за это время под собой опору, что не верит даже своим глазам и ушам. Вот только для Шерлока это ожидаемо. "Тебе это точно не понравится", — говорит он, услышав имя Молли.
Звонок в дверь. Мне кажется, Джон уже в этот момент заподозрил, кого увидит на пороге. Ну и открыв дверь, только подтвердил пришедшую мысль.
Джон: What, two weeks ago? 2 недели назад?
Молли: Yeah. About two weeks. Да, примерно.
Шерлок с энтузиазмом претворяет свой план в жизнь и требует, чтобы Молли осмотрела его по дороге на телестудию.
Шерлок: Okay. Fully equipped ambulance; Molly can examine me on the way. It’ll save time. Ready to go, Molly? Ладно, Молли приехала на "скорой", так что осмотрит меня по дороге. Ты готова, Молли? (Полностью оборудованная "скорая"... Это сэкономит время. — мое)
Молли: Oh, well... Ну, я...
Шерлок: Just tell me when to cough. Hope you remembered my coat. Просто проверь кровь. Пальто мое взяла? (Просто скажи, когда покашлять. — мое)
Получившая желаемое миссис Хадсон пытается подбодрить Джона. И тот честно признает, что больше ничего уже не знает и не понимает.
Миссис Хадсон: Is Molly the right person to be doing medicals? She’s more used to dead people. It’s bound to lower your standards. Молли точно справится с медосмотром? Она ведь привыкла иметь дело с трупами. Вы занижаете свои стандарты.
Джон: I don’t know. I don’t know anything any more. Я не знаю. Я уже ничего не знаю.
Да. И он готов поверить кому угодно, кроме себя.
А миссис Хадсон со своей машиной жуткая собственница:-). Хотя Джон не обиделся.
Джон идет к лимузину и садится в него. Внутренний голос в виде Мэри рассказывает ему, как Шерлок вычислил насчет психотерапевта. Джон на самом деле тоже примерно знает, как мыслит Шерлок.
Мэри: ... My God, he knows you. Боже, он знает тебя наизусть.
Джон: No he doesn’t. Неправда.
Мэри: I’m in your head, John. You’re disagreeing with yourself. Я в твоей голове, Джон. ты споришь сам с собой.
Джону просто не нравится, что Шерлок его настолько хорошо знает. Потому что Шерлок это использует, чтобы Джоном манипулировать.
Мэри: He is the cleverest man in the world, but he’s not a monster. Он самый умный человек в мире, но он не монстр.
Джон: Yeah, he is. Еще какой. (Монстр. — мое)
Мэри: Yeah, okay, all right, he is. Urgh! But he’s our monster. Ладно, пусть будет так. Ха. Но он — наш монстр.
Джон зол на Шерлока. Но как бы он ни был зол, он не может от него отказаться.
Смит снимается в рекламе на телестудии. Ему сообщают, что приехал Шерлок Холмс.
Джон выходит из лимузина и спрашивает у Молли, как Шерлок.
Молли: If you keep taking what you’re taking at the rate you’re taking it, you’ve got weeks. Если будешь продолжать в том же духе, протянешь несколько недель. Это не смешно. (Если будешь принимать то, что принимаешь с такой же интенсивностью, продержишься какие-то недели. — мое)
Шерлок: Exactly, weeks. Let’s not get ahead of ourselves. Именно, недель. Не будем опережать события.
...
Молли: I’m stressed; you’re dying. У меня стресс, а ты умираешь.
Шерлок: Yeah, well, I’m ahead, then. Stress can ruin every day of your life. Dying can only ruin one. Тогда я в выигрыше. Стресс портит всю жизнь, а смерть — один день и только.
Только Шерлок умеет вот так сказать правду. Он собирается "умирать" ровно один день и намекает Молли не переживать по этому поводу.
До Джона начинает доходить, что Шерлок это все всерьез. Парадоксальным образом это его успокаивает. Ибо лжи тут нет — то, чего Джон так страшился.
Джон: So this is real? You’ve really lost it. You’re actually out of control. Так это правда. Ты действительно в конец потерял контроль.
Шерлок: When have I ever been that? Когда я его терял?
Джон: Since the day I met you. Да постоянно (С того дня, как я тебя встретил. — мое)
Шерлок: Oh, clever boy. I’ve missed you fumbling ’round the place. Умник. Как мне не хватало твоих нотаций.
Джон выражает свою растерянность.
Джон: I thought this was some kind of... Я думал, это какой-то...
Шерлок: What? Что?
Джон:... trick. ... трюк.
Шерлок: ’Course it’s not a trick. It’s a plan. Это не трюк. Это план.
...
Джон: What... what plan? Но... какой план?
Шерлок: I’m not telling you. Я тебе не скажу.
Джон: Why not? Почему?
Шерлок: Because you won’t like it. Ты его не одобришь. (Потому что он тебе не понравится. — мое)
К ним подходит Смит. Объятия. Смит уводит их за собой на телестудию. Шерлок на миг оглядывается, идет ли Джон. Но тот идет. И больше уже не сомневается. Он поверил, что Шерлок говорит правду — и в общем-то, нельзя сказать, что это не так. Шерлок просто не сказал ему ВСЕЙ правды. Ибо Джону бы это действительно не понравилось. Ему и так это сильно не понравилось.
На студии продолжаются съемки рекламы со Смитом в главной роли. Джон и Шерлок наблюдают.
Смит — мерзкий, хотя и не сильно пугающий. Напоминает какого-то тролля, что ли. Хитрого, противного, умного тролля.
Смит: I’m a killer. You know I’m a killer. But did you know... I’m a cereal killer?! Я убийца. Серийный убица — хлоп и наповал. Открою вам секрет: я убийца... хлопьев!
Жаль, оригинальную игру слов невозможно было сохранить. Cereal killer (убийца хлопьев) звучит точь в точь serial killer (серийный убийца).
Шерлок восхищенно качает головой.
Джон: Has it occurred to you – anywhere in your drug-addled brain – that you’ve just been played? Надеюсь, в твоем сожженом наркотой мозгу мелькнула мысль, что тебя используют? (Что тобой играют? — мое)
Шерлок: Oh, yes. О, да.
Джон: For an ad campaign. В рекламных целях.
Джон воспринимает Шерлока, как человека, проигравшего наркоте свои блестящие способности... что тоже было просчитано и использовано Шерлоком для плана. Он точно знал, как Джон это воспримет.
Шерлок: Brilliant, isn’t it? Блестяще, да?
Джон: Brilliant? Блестяще?
Шерлок: Safest place to hide. Plain sight. Лучший способ скрыться. На виду у всех.
У Шерлока горят глаза! Помимо исходной цели вытащить Джона из горя, он совершенно определенно увлекся делом Смита. Азарт из него так и прет.
От Смита поступает предложение поехать в клинику, чтобы выступить перед больными детишками. Джон молча на него поглядывает. Шерлок соглашается. И уже больше не оглядывается — не сомневается, что Джон идет следом.
В лимузине Смита.
Джон: So... what are we doing here? What’s the point? И что? Мы приехали, чтобы ты с ним пообнимался? (И что мы тут делаем? Какой в этом смысл? — мое)
Шерлок: I needed a hug. Да, как раз для этого. (Мне было нужно объятие. — мое)
Ага, уже "что мы тут делаем". Не "я"! Пока еще не "как мы к этому относимся", но несомненно уже шаг вперед:-).
"Ломка" у Шерлока усиливается. Джон это видит.
Джон: Need another hit, do you? Что, нужен укольчик?
В оригинале звучит не так издевательски. Скорее, как печальный сарказм.
Шерлок: I can wait until the hospital. До больницы терпит.
Говорит сдавлено. Но спокойно.
Больница. Джон и сестра Корниш (которая мне упорно кажется очень похожей на Джанин). Типичный разговор с фанаткой средней руки — и опять удар по самолюбию Джона. "Вы ведете блог Шерлока?"
Шерлок выходит из уборной (на стене указатель). Тошнило? Или он там еще одну дозу принял/вколол? Похоже, второе...
Сестра Корниш: Oh, Mr Holmes. You feeling better? О, мистер Холмс, вам лучше?
Шерлок: Psychedelic! Несравнимо! (Психоделично! — мое)
Встреча с больными детьми и Смитом.
Дубляж с сабами.
Шерлок прикалывается (в том числе, и на волне кайфа), а Джон всерьез реагирует. И явно прилагает усилия, чтобы оставаться спокойным и вообще войти в свою привычную роль при Шерлоке.
"Мэри" жалеет, что Шерлок не надел дирстокер. Кстати, я что-то не помню, чтобы реальная Мэри вообще что-то про эту шапку говорила. Ее и показывали/упоминали-то, по-моему, в последний раз в "Катафалке" (когда Шерлок выходит в конце серии к журналистам). Это, если не считать спешел, но там она фигурировала только в голове Шерлока. Значит, это для Джона так она важна?
Шерлок уже хочет уйти, но Смит его останавливает и втягивает в дискуссию о серийных убийцах. У Шерлока совершенно больные глаза, но когда он начинает говорить, в них появляется бешенный азарт.
Вообще, наверное, надо быть англичанином, чтобы понять, почему они так нервно воспринимают гипотезу, что королева может кого-то убить. Смит говорит о неприкасаемых. Джон заявляет, что неприкасаемых нет. Шерлок искоса бросает на него взгляд и чуть улыбается.
Смит сводит все к "шутке" (хотя он явно дразнил Шерлока), и мне вспоминаются слова Тоби Джонса, который говорил, что Калвертон Смит считает себя забавным. Ну да. Вот яркий пример (хотя и не единственный). Шерлок с Джоном без улыбки переглядываются — "он действительно убийца". У Джона аж желваки играют.
На двух языках.
Смит ведет Шерлока с Джоном по коридору в свою "любимую комнату", но Шерлок внезапно заскакивает в зал заседаний. Стойки капельниц так и стоят у столов. Смит все 3 года их так и практикует. И даже не скрывает этого. Шерлок говорит, что через 17,5 минут его привычная жизнь закончится. Смит не принимает его всерьез и уводит из комнаты.
Джон замыкает цепочку и слышит голос Мэри.
Голос Мэри: The game is on. Игра началась!
Мэри: Do you still miss me? Ты все еще по мне скучаешь?
Он оборачивается, но вопреки привычному не видит ее. В первый раз за все время не видит.
Они втроем с Шерлоком и Смитом едут в лифте. Только сейчас обратила внимание, что Джон стоит, опираясь на какую-то ручку, и трет лоб. Головная боль? Нервное истощение?
По дороге в морг Смит поминает знаменитого убийцу Холмса и намекает, что тот может быть предком Шерлока. Как человек, плотно занимающийся генеалогией, в первый просмотр я сильно поднапряглась. К счастью, зря.
Дубляж с сабами.
Смит выгоняет из морга работающих там патологоанатомов. Все тот же мерзкий, но очень действенный прием — припомнить работнику, сколько лет он здесь работает.
Джон пытается понять, почему Смит так вольготно себя чувствует в морге (я была уверена, что мертвая старуха на столе — это кукла, пока не увидела в документалке, как гримируют актрису. Зачем???) А тот намекает на свою любовь к покойникам. Некрофилия??? Бр-р-р.
Джона коробит глумление над умершими, и после очередных разглагольствований Смита на тему, где легче всего скрыть убийство (в больнице), он пытается поставить точки над i. Он спрашивает, признается ли Смит в преступлениях.
И Смит делает то же самое. И спрашивает, врач ли Джон. И предлагает посмотреть профессиональным взглядом на подсевшего на наркоту Шерлока. А Шерлоку предлагает извиниться перед Джоном за напрасную трату его времени. Шерлок выглядит... то ли ошалевшим, то ли полуспящим. И потом извиняется. В этот момент кажется, что он как бы протрезвел и подтверждает правоту Смита. Но всего на пару фраз. Потом он уточняет, что имел в виду время — все закончится не через 17,5, а через 19,5 мин. Он говорит о приближающихся шагах и стуке трости. О дочери Смита, которая вот-вот войдет в морг. Он объясняет, как послал Фейт сообщение с телефона Смита — сообщение о том, что тот признался во всех своих преступлениях.
Когда Шерлок говорит о своей встрече с Фейт... Смит говорит, что этого не было. Он слишком спокоен. То есть абсолютно. Что-то мне кажется, что он вообще в курсе того, что сделала Эвр (в смысле, что она выдала себя за его дочь). Как он может быть настолько уверен, что Фейт не ходила к Шерлоку? Ведь о записке речь не шла. Если бы Шерлок хоть упомянул об этом, Смит мог бы понять, что это точно не была его дочь (он же знает, что записку он у Фейт отобрал). А Шерлок сказал только, что он провел с Фейт целый вечер и они ели картошку-фри (чипсы в нашем переводе). Получается, что либо у него за Фейт круглосуточное наблюдение (что мне кажется сомнительным), либо он знает о том, кто и зачем приходил к Шерлоку.
На двух языках.
Начинаются включения допроса Джона, которые перемежаются событиями в морге. Время — между прошлым и будущим.
Лестрейд спрашивает, знал ли Джон, что собирался сделать Шерлок. Видел ли он, как тот взял скальпель? Джон говорит, что, конечно, не видел и не предполагал.
В морге Джон сверлит Шерлока мрачным взглядом, пока тот говорит, что Фейт приходила на Бейкер-стрит, потому что боялась своего отца. Смит называет это наркотическими фантазиями.
Входит Фейт, и все останавливается. Шерлок видит ее лицо и понимает, что это другая женщина — не та, что приходила к нему. Он говорит это вслух, и Фейт подтверждает. Она к нему не приходила.
Лестрейд говорит, что это не могло случиться с бухты-барахты. Джон эмоционально говорит, что он не знал, что у Шерлока скальпель. (Я пыталась понять, когда Шерлок его заполучил, но не смогла. Единственный подозрительный момент был чуть позже, когда Шерлок наталкивается на столик с инструментами, но все-таки этого и там не показано).
Морг. Смит начинает издеваться над Шерлоком. "Я думал, вы старые друзья!" И потом уже просто хохочет. Шерлок потрясенно понимает, что не было никакой женщины на Бейкер-стрит. Ужасно на это смотреть. Он входит в Чертоги, насколько я понимаю, и видит там в воспоминаниях пустой стул. Его трясет от шока (и вот здесь он наталкивается на тележку с инструментами). Смех Смита эхом звенит у него в ушах, но он определенно видит несмеющегося Смита и что у него нет никакого скальпеля. Но он кричит, что есть, и потом выхватывает из-за пазухи свой и направляет его на Смита. Джон твердо просит его положить скальпель, но Шерлок кричит "не смейся надо мной" и бросается со скальпелем на Смита.
Переключение на Лестрейда и Джона. Лестрейд выключает устройство, на которое записывался допрос.
Лестрейд: I keep wondering if we should have seen it coming. Если б мы могли такое предвидеть. (Не перестаю думать, могли ли мы предвидеть такое. — мое.)
Джон: Not long ago, he shot Charles Magnussen in the face. We did see it coming. We always saw it coming. But it was fun. Когда он пристрелил Чарльза Магнуссена, мы это могли предвидеть. Результат вам известен. Но было весело. (Он не так давно выстрелил в лицо Чарльзу Магнуссену. Мы видели, что к этому шло. Мы всегда это видели. Но было забавно. — мое)
"Забавно" — это к убийству Магнуссена относится? Что-то нет у меня уверенности. Но если так... склонность хихикать на месте преступления у них с Шерлоком была еще в "Этюде". А Магнуссен человек был определенно "нехороший".
Женщина-полицейский приносит ноутбук с выступлением Смита в новостях. Смит говорит, что не собирается выдвигать обвинения против Шерлока. Что он фанат Шерлока Холмса и не понимает, что на того сегодня нашло. А доктор Ватсон вообще спас ему жизнь.
Морг. Джон выбивает у Шерлока скальпель и с силой толкает его к стене. Смит и Фейт в шоке на них смотрят. Вот такого Смит не предвидел.
Снова комната для допросов. Смит в новостях подтверждает, что Шерлок в "его" клинике, и обещает, что за ним будет самый лучший уход. Он даже переведет его в свою любимую палату (room — как комната (см. морг), так и палата). Джон смотрит мрачно и печально. На последних словах он чуть хмурится. Видимо, как раз вспоминает, что именно Смит называл своей любимой комнатой.
Ноутбук уносят. Джон сжимает и разжимает разбитый кулак. Лестрейд говорит, что он, вероятно, действительно спас жизнь Смиту. Джон мрачно кивает.
Морг. Джон орет "What are you doing?! Wake up!" ("Какого черты ты делаешь? Очнись!") и дает Шерлоку пощечину.
Комната для допросов.
Джон: I really hit him, Greg. Hit him hard. Я врезал ему, Грег. Сильно.
Крупный план на окровавленных, разбитых костяшках.
Морг. Джон со всей силы бьет Шерлока кулаком — тот сразу падает. Он бьет еще раз, и еще, потом пинает ногами. Жутко смотреть, все внутри холодеет. Хочется закрыть глаза и не видеть этого. И не слышать. В оригинале намного громче слышно, как стонет во время ударов Шерлок.
В морг вбегают санитары и оттаскивают уже совершенно невменяемого Джона. Но сдерживать его приходится буквально секунды. Он сразу останавливается и поднимает руки, показывая, что все, больше не надо.
Вот кажется, что ужасней сцена уже быть не может. Но благодарность Смита добавляет еще и омерзения. Прямо до тошноты.
Шерлок с окровавленным лицом, дрожа, приподнимается на полу.
Шерлок: No, it’s-it’s okay. Let him do what he wants. He’s entitled. I killed his wife. Нет, ничего. Пусть делает, что хочет. У него есть основания. Я ведь убил его жену. (Нет, все в порядке. Пусть делает, что хочет. У него есть право. Я убил его жену. — мое)
Как ни странно, но в оригинале его голос звучит ровнее, спокойнее. Только через очевидную боль.
Джон: Yes, you did. Да, убил.
Голос Джона в оригинале — хриплый от слез, сдавленный шепот. И боже, как гаснут в этот момент глаза Шерлока... из них прямо жизнь уходит. Ему дико больно слышать это. Потому что он и сам себя в этом винит.
У меня слезы наворачиваются... еще и музыка такая, душевыворачивающая. Хоть ложись и реви в подушку.
Джон медленно выходит из морга, на миг поднимая руки к лицу.
Нет, это не катарсис. Не освобождение. Это только вскрытый нарыв и брызги гноя по стенам. И здесь еше непонятно, не наступит ли перитонит.
Уф.
Капельница, приборы, палата. Шерлок. Джон стоит спиной, горбится... Пожалуй, да... Несколько раз посмотрела. Он как будто опирается на что-то в левой руке. Сначала покачивается, как будто переносит свой вес вперед, а потом чуть-чуть перекашивает плечи вправо. Ariana DeVere, видимо, права — он опирается на принесенную с собой трость. Но если бы я не знала куда смотреть, то точно не обратила бы внимание.
В палату заходит сестра Корниш. У Джона осунувшееся, застывшее лицо. Напоминает маску.
Сестра Корниш: Just in to say hello? Зашли навестить друга?
Джон: No. I’m just in to say goodbye. Нет, зашел проститься.
Сестра Корниш: I’m sure he’ll pull through. Я уверена, он выкарабкается.
Уголки губ Джона дергаются вверх. Назвать это улыбкой у меня рука не поднимается. Разве что гримасой на глиняной маске. Того и гляди, трещины пойдут и крошки посыпятся.
Сестра Корниш: And yeah, he’s made a terrible mess of himself, but he’s awfully strong, so must look on the bright side. Да, состояние у него довольно скверное, но он очень сильный, так что будем оптимистами. (Да, он привел себя в кошмарное состояние. — мое)
Состояние у Шерлока тяжелое, но к случившемуся в морге отношение не имеющее. Наркотики и, вероятно, истощение (т.к. это канон одноименного рассказа).
Джон качает головой, сдвигается с места и оказывается, что в левой руке он действительно держал трость. Он прислоняет ее к стулу около кровати.
Джон: Well... Parting gift. Вот... Прощальный подарок.
Сестра Корниш: Oh, that’s nice. A walking stick. О, как мило. Трость.
Джон: Yeah, it was mine from... a long time ago. Да, моя старая. Пользовался когда-то. (Да, моя была... с давних пор. — мое)
Трость из "Этюда". Сантименты. Я вспоминаю, как в начале "Катафалка" Джон впервые после долгого перерыва приходит на Бейкер-стрит и вспоминает, как они с Шерлоком вдвоем смеялись в коридоре после пробежки за такси. А ведь следующие же минуты — это Анджело, который принес Джону забытую трость. Вероятно, для Джона именно этот момент — главный. То, с чего, он считает, началась их дружба — или тот, где она закрепилась. Я полагаю, что в данном случае трость — это и символ того, что у них было, и благодарность Шерлоку. И он знает, что Шерлок поймет. Правда, недооценивает, насколько:-)).
Звонит телефон в палате, сестра Корниш снимает трубку, но звонят Джону. И тому даже не надо объяснять, кто звонит.
Джон: Hello, Mycroft. Алло, Майкрофт.
Майкрофт: There’s a car downstairs. Машина внизу.
Ну, братца Шерлок тоже просчитал. Это-то не удивляет.
Джон в машине. Он чуть-чуть начинает отходить. Но ему все равно очень тошно. И на "Мэри" он не смотрит.
Мэри: You know, he should definitely have worn the hat. Шляпу ему все же следовало надеть. (Ты знаешь, ему определенно стоит носить шляпу. — мое)
Джон: Still thinking about Sherlock? Все думаешь о Шерлоке?
Мэри: No! You are. Нет. Ты думаешь.
Джон: Got your disapproving face on. У тебя осуждающий вид. (У тебя разочарованное лицо / Судя по лицу, ты во мне разочарована — мое)
Мэри: Well, seeing as I’m inside your head, I think we can call that self-loathing. Учитывая, что я у тебя в голове, назовем это недовольством собой. (Ну, учитывая, что я у тебя в голове, думаю, мы можем назвать это ненавистью к себе/ Ну, учитывая, что я у тебя в голове, можно считать, что ты себя ненавидишь — мое)
На этом Джон все-таки оглядывается на соседнее сидение, но оно пустое. Он снова не видит "Мэри", хотя слышит ее.
Сестра Корниш выключает в палате свет и уходит. Как только за ней закрывается дверь, отодвигается экран на стене, и из-за него появляется Смит. В медицинских перчатках. Он задвигает экран обратно, ставит у кровати Шерлока кресло и усаживается в него.
остальное в комментариях