petergirl
"Безобразная невеста" - 2 часть


БЕЗОБРАЗНАЯ НЕВЕСТА

THE ABOMINABLE BRIDE

В морге

Холмс (при виде прикованного к столу трупа):
Можно спросить, какой идиот это сделал?!
Андерсон: Это для общей безопасности.
Ватсон: Она мертва. У нее всего полголовы осталось. Она не может быть угрозой!
Андерсон: Скажите это ее мужу. Вон он лежит под простыней.
Холмс: Чтобы ни произошло вчера ночью, труп этой женщины тут точно ни при чем.
Андерсон: Случались вещи и более странные.
Холмс: Конкретней!
Андерсон: Ну... разные вещи.
Ватсон: Вы рассуждаете как ребенок.
Холмс: Мне тут нужен мужчина. Где он?

Хупер: Холмс.
Холмс: Хупер.
Хупер (Андерсону): Ты, займись делом. (Холмсу) Ну что, пришли удивить нас своими магическими трюками?
Холмс: Есть что-нибудь достойное моего внимания?

Хупер: Ничего, мистер Холмс. Можете уйти, когда пожелаете.
Лестрейд: Доктор Хупер, мистер Холмс здесь по моей просьбе. Оказывайте содействие. Это приказ.
Хупер: Есть две "любопытные детали", как вы всегда говорите у доктора Ватсона в рассказах.
Холмс: Я так не говорю.
Ватсон: Говорите. И довольно часто.
Хупер: Прежде всего это определенно Эмилия Риколетти. Ее однозначно опознали. Нет сомнений, это она.
Ватсон: Тогда кто был в Лайм-хаусе вчера ночью?
Хупер: И там была Эмилия Риколетти.
Ватсон: Не может быть. Она была мертва, она была здесь.
Хупер: Ее опознал собственный муж за несколько секунд до своей смерти. Ему не было смысла лгать и вряд ли он ошибся.
Лестрейд: Кэбмен ее тоже знал. Сомнений нет.
Ватсон: Но она не могла быть в двух местах одновременно, верно?
Холмс: Нет, Ватсон. Есть лишь одно место для недавно почивших.
Ватсон: Холмс, а что, если это близнецы?
Холмс: Нет.
Ватсон: Почему?
Холмс: Потому что это не близнецы.
Лестрейд: Эмилия не близнец, у нее вообще нет сестер. Был старший брат, который умер четыре года назад.
Ватсон: М-м-м.. Может, тайный близнец?
Холмс: Что?
Ватсон: Тайный близнец. Близнец, о котором никто не знает. Все это могло быть спланировано.
Холмс: Да, с момента появления на свет. Как предусмотрительно с ее стороны. Нет у нее близнеца, Ватсон.
Ватсон: Есть версия лучше?
Холмс: Достовернее. (Лестрейду) В чем проблема?
Лестрейд: Н-не понял. О чем вы?
Холмс: О вашей панике. Я так пока и не увидел причин нападать на мой графин и допустить арест этой мертвой женщины.
Хупер: А. Тогда ко второй любопытной детали.
Ватсон: Палец испачкан в крови. Ну, для этого может быть много причин.
Хупер: Согласен, вот только одно: вчера он был чист.
Лестрейд: А здесь не было вот этого.

Надпись на стене: ТЫ

Невеста: Ты! Ты? Ты?!

Ватсон: Холмс!
Холмс: Ствол во рту. Пуля прошла через мозг. Напрочь снесена половина головы. Как он сумел выжить?
Ватсон: В смысле, она.
Холмс: Что, прости?
Ватсон: Не он — она.
Холмс: Да-да, разумеется.
Холмс: Что же, благодарю всех за увлекательное дело. Я пришлю телеграмму, когда раскрою его. (зовет) Ватсон!
Холмс уходит
Ватсон:
Конечно, причина смерти — огнестрельная рана, но у нее была чахотка. Есть явные признаки. Стоит упомянуть в отчете. Нам важна любая информация.
Хупер: О, какой он теперь наблюдательный, когда папочка ушел!
Ватсон: Я порой столь же наблюдателен, насколько Холмс слеп в некоторых вещах.
Хупер: Правда?
Ватсон: Да. Правда. Поразительно, на что люди идут, чтобы преуспеть в мире мужчин.
Ватсон уходит
Андерсон:
К чему это он?
Хупер: Иди займись работой.



Holmes:
Please tell me which idiot did this!

Anderson: It’s for everyone’s safety.
Watson: This woman is dead. Half her head is missing! She’s not a threat to anyone!
Anderson: Tell that to her husband. He’s under a sheet over there.
Holmes: Whatever happened in Limehouse last night, I think we can safely assume it wasn’t the work of a dead woman.
Anderson: Stranger things have happened.
Holmes: Such as?
Anderson: Well... strange things.
Watson: You’re speaking like a child.
Holmes: This is clearly a man’s work. Where is he?

Hooper: Holmes.
Holmes: Hooper.
Hooper: You – back to work. So, come to astonish us with your magic tricks, I suppose.
Holmes: Is there anything to which you would like to draw my attention?
Hooper: Nothing at all, Mr. Holmes. You may leave any time you like.
Lestrade: Doctor Hooper, I asked Mr. Holmes to come here. Co-operate. That’s an order.
Hooper: There are two ‘features of interest,’ as you are always saying in Doctor Watson’s stories.
Holmes: I never say that.
Watson: You do, actually, quite a lot.
Hooper: First of all, this is definitely Emelia Ricoletti. She has been categorically identified. Beyond a doubt it is her.
Watson: Then who was that in Limehouse last night?
Hooper: That was also Emelia Ricoletti.
Watson: It can’t have been. She was dead. She was here.
Hooper: She was positively identified by her own husband seconds before he died. He had no reason to lie. He could hardly be mistaken.
Lestrade: The cabbie knew her too. There’s no question it’s her.
Watson: But she can’t have been in two places at the same time, can she?
Holmes: No, Watson. One place is strictly the limit for the recently deceased.
Watson: Holmes, could it have been twins?
Holmes: No.
Watson: Why not?
Holmes: Because it’s never twins.
Lestrade: Emelia was not a twin, nor did she have any sisters. She had one older brother who died four years ago.
Watson: Maybe it was a secret twin.
Holmes: A what?
Watson: A secret twin? Hmm? You know? A twin that nobody knows about? This whole thing could have been planned.
Holmes: Since the moment of conception? How breathtakingly prescient of her! It is never twins, Watson.

Watson: Then what’s your theory?
Holmes: More to the point, what’s your problem?
Lestrade: I-I don’t understand. What...
Holmes: Why were you so frightened? Nothing so far has justified your assault on my decanter, and why have you allowed a dead woman to be placed under arrest?
Hooper: Ah. That would be the other feature of interest.
Watson: Ah. A smear of blood on her finger. That could have happened any number of ways.
Hooper: Indeed. There’s one other thing. It wasn’t there earlier.
Lestrade: And neither was that.

YOU

Bride:
You! You? You?!

Watson:
Holmes!
Holmes: Gun in the mouth; a bullet through the brain; back of the head blown clean off. How could he survive?
Watson: She, you mean.
Holmes: I’m sorry?
Watson: Not “he,” “she.”
Holmes: Yes, yes, of course.
Holmes: Well, thank you all for a fascinating case. I’ll send you a telegram when I’ve solved it. Watson?

Watson: Er, the gunshot wound was obviously the cause of death, but there are clear indicators of consumption. Might be worth a post mortem. We need all the information we can get.
Hooper: Oh, isn’t he observant now that Daddy’s gone?

Watson: I am observant in some ways, just as Holmes is quite blind in others.
Hooper: Really?
Watson: Yes. Really. Amazing what one has to do to get ahead in a man’s world.

Anderson: What’s he saying that for?
Hooper: Get back to work.

В кэбе

Ватсон:
Итак, Холмс, у вас несомненно уже есть версия.
Холмс: Пока нет. Это глубокие воды, Ватсон, глубокие воды. Я лишь приступил к погружению.



Watson:
Well, Holmes? Surely you must have some theory.
Holmes: Not yet. These are deep waters, Watson. Deep waters. And I shall have to go deeper still.

Ватсон: "Лишь несколько месяцев спустя мы вновь наткнулись на зацепки в этом странном деле. Это произошло при весьма неожиданных обстоятельствах".

Watson: It was not for several months that we were to pick up the threads of this strange case again; and then under very unexpected circumstances.

В 221Б

Лестрейд: Уже пятеро убитых, и везде одинаковая картина.
Холмс: Тише, пожалуйста. Это дело сугубой важности.
Лестрейд: Какое?
Холмс: Наклонение эклиптики. Я должен разобраться.
Лестрейд: А что это?
Холмс: Не знаю. Как раз хочу это выяснить.
Лестрейд: Я думал, вы все знаете.
Холмс: Это непростительная трата памяти. Я выбираю.

Лестрейд: А что в этом важного?
Холмс: А что важного в пяти скучных убийствах?
Лестрейд: Пятеро мужчин мертвы! Это скучно?! Убиты в собственных домах, рис на полу, как на свадьбе, и слово "ты", написанное на стене кровью. Это она! Это невеста! Каким-то образом она опять воскресла.
Холмс: Тут все ясно.
Лестрейд: Только не говорите, что...
Холмс: Конечно, тут все ясно и предельно просто. История миссис Риколетти — таинственной убийцы с того света — широко освещалось в прессе. Теперь люди маскируют бытовые убийства под дело рук призрака, чтобы сбить с толку безнадежно тупой Скотланд-Ярд. Ваше дело раскрыто. Зайдите к миссис Хадсон, когда будете уходить. Она любит быть в курсе.
Лестрейд: Вы уверены?
Холмс: Абсолютно. Все, идите. (зовет) Ватсон! Я готов. Собирайтесь, у нас важная встреча.
Лестрейд: Разве доктор Ватсон не съехал пару месяцев назад?
Холмс: Действительно. С кем же я разговаривал все это время?
Лестрейд: От имени всех безнадежных тупиц из Скотланд-Ярда я заявляю, что это кресло точно пустое.
Холмс: В самом деле. Хотя работает исправно. Я даже решил, что он поумнел.



Lestrade:
Five of them now, all the same, every one of ’em.
Holmes: Hush, please. This is a matter of supreme importance.
Lestrade: What is?
Holmes: The obliquity of the ecliptic. I have to understand it.
Lestrade: What is it?
Holmes: I don’t know. I’m still trying to understand it.
Lestrade: I thought you understood everything.
Holmes: Of course not. That would be an appalling waste of brain space. I specialise.
Lestrade: Then what’s so important about this?
Holmes: What’s so important about five boring murders?
Lestrade: They’re not boring! Five men dead! Murdered in their own homes; rice on the floor, like at a wedding; and the word “YOU” written in blood on the wall! Uh, it’s-it’s her! It’s-it’s the Bride. Somehow she’s risen again!
Holmes: Solved it.
Lestrade: You can’t have solved it!
Holmes: Of course I’ve solved it. It’s perfectly simple. The Incident of the Mysterious Mrs. Ricoletti, the Killer from Beyond the Grave, has been widely reported in the popular press. Now people are disguising their own dull little murders as the work of a ghost to confuse the impossibly imbecilic Scotland Yard. There you are: solved. Pay Mrs. Hudson a visit on your way out. She likes to feel involved.
Lestrade: You sure?
Holmes: Certainly. Go away. Watson! I’m ready. Get your hat and boots. We have an important appointment.
Lestrade: Didn’t Doctor Watson move out a few months ago?

Holmes: He did, didn’t he? Who have I been talking to all this time?
Lestrade: Well, speaking on behalf of the impossibly imbecilic Scotland Yard, that chair is definitely empty.
Holmes: It is, isn’t it? Works surprisingly well, though. I actually thought he was improving.

Дом Ватсонов.
Ватсон ждет завтрака, не дожидается и звонит в колокольчик. Никто не выходит и он звонит еще раз. Наконец прибегает служанка.

Ватсон:
А! Ну и где вы были?
Служанка: Простите, сэр. Я немного опоздала.
Ватсон: Вы что, не можете яйцо сварить? В камине огонь не горит, везде пыль; и вы испортили мои ботинки, когда соскребали с них грязь. Если бы прислуга не была в ведении моей жены, я бы с вами поговорил. Где моя жена?
Служанка: Вы уж извините, сэр, но мадам уехала.
Ватсон: Уехала? С самого утра?
Служанка: Да, сэр. Вы разве не знали, сэр?
Ватсон: Куда уехала? Совсем дома не бывает.
Служанка: Ну так же, как и вы... сэр.
Ватсон: Не понял.
Служанка: Просто наблюдаю, сэр.
Ватсон: Думаю, это не входит в ваши обязанности.

Служанка: Простите. Я к тому, что вы стали бывать дома редко вместе, сэр.
Ватсон: Вот что, вы подошли к опасной черте. Я поговорю с женой, чтобы она поговорила с вами.
Служанка: Хорошо, сэр. А вы ее скоро увидите?
Ватсон: Ну вот что!...
Служанка: Ой, надо же, чуть не забыла отдать вам телеграмму.
Ватсон: Вы забыли?!
Служанка: Нет, чуть не забыла.
Ватсон: Что вы делали все утро?
Служанка: Читала ваш новый рассказ, сэр.
Ватсон: И вам понравилось?
Служанка: Почему вы меня совсем не упоминаете?
Ватсон: Все, идите!

Телеграмма:
Д-РУ ДЖОНУ ВАТСОНУ

ПРИЕЗЖАЙТЕ СРОЧНО,
ЕСЛИ УДОБНО.
ЕСЛИ НЕУДОБНО,
ВСЕ РАВНО ПРИЕЗЖАЙТЕ.
ХОЛМС






Watson:
Ah. Where have you been?
Jane: Sorry, sir. I’m rather behind my time this morning.
Watson: Are you incapable of boiling an egg? The fires are rarely lit; there is dust everywhere; and you almost destroyed my boots scraping the mud off them. If it wasn’t my wife’s business to deal with the staff, I would talk to you myself. Where is my wife?
Jane: Begging your pardon, sir, but the mistress has gone out.
Watson: Out? At this hour of the morning?
Jane: Yes, sir. Did you not know that, sir?
Watson: Where did she go? She’s always out these days.
Jane: Not unlike yourself.... sir.
Watson: I’m sorry?
Jane: Just observing, sir.
Watson: Well, that’s quite enough. Nobody asked you to be observant.
Jane: Sorry, sir. I just meant you’re hardly ever home together any more, sir.
Watson: You are dangerously close to impertinence. I shall have a word with my wife to have a word with you.
Jane: Very good, sir. And when will you be seeing her?
Watson: Now listen...
Jane: Ooh, I nearly forgot, sir. Er, a telegram came for you.

Watson: You forgot?!
Jane: No, I nearly forgot.
Watson: What have you been doing all morning?
Jane: Reading your new one in The Strand, sir.
Watson: Did you enjoy it?
Jane: Why do you never mention me, sir?
Watson: Go away.


DR. JOHN WATSON

COME AT ONCE
IF CONVENIENT.
IF INCONVENIENT,
COME ALL THE SAME.
HOLMES

В кэбе

Ватсон:
Наклонение чего?
Холмс: Наклонение эклиптики.
Ватсон: Вы сказали "срочно". Я думал, что-то важное.
Холмс: Так и есть. Это наклонение земного экватора по отношению к положению Солнца в небесной сфере.
Ватсон: Вы это вызубрили?
Холмс: Зачем мне это?
Ватсон: Чтобы выглядеть умным.
Холмс: Я умный.
Ватсон: О, ясно.
Холмс: Ясно что?
Ватсон: Я делаю вывод, что мы едем к человеку, который умнее вас.
Холмс: Закройте рот.



Watson:
The what of the what?
Holmes: The obliquity of the ecliptic.
Watson: “Come at once,” you said. I assumed it was important.
Holmes: It is. It’s the inclination of the Earth’s equator to the path of the sun on the celestial plane.
Watson: Have you been swotting up?
Holmes: Why would I do that?
Watson: To sound clever.
Holmes: I am clever.
Watson: Oh, I see.
Holmes: You see what?
Watson: I deduce we’re on our way to see someone cleverer than you.
Holmes: Shut up.

Клуб "Диоген"

КЛУБ "ДИОГЕН" — АБСОЛЮТНАЯ ТИШИНА

Общение жестами:

Холмс:
Доброе утро, Уайлдер. Мой брат здесь?
Уайлдер:
Конечно, сэр. Время завтрака.
Холмс:
В комнате для посетителей?
Уайлдер:
Да, сэр.
Холмс:
Этот джентльмен мой гость.
Уайлдер (Ватсону):
О, да! Доктор Ватсон, конечно. Мне понравился "Голубой карбункул", сэр.
Ватсон:
Спасибо. Я... рад, что... Вам... понравилось. Вы очень... уродливы.
Уайлдер:
Прошу прощения?
Ватсон:
Уродливы. То, что вы сказали о "Голубом торговце рыбой". Очень уродливо. Я рад, что вам понравилась моя картошка.
Холмс: Да уж. Пока не очень, Ватсон. Больше похоже на занятия танцами.

Ватсон (вслух Холмсу) :
Простите, что? А...



THE DIOGENES CLUB — ABSOLUTE SILENCE.



Holmes:
Good morning, Wilder. Is my brother in?
Wilder: Naturally sir. It’s breakfast time.
Holmes: The Stranger’s Room?
Wilder: Yes, sir.
Holmes: This gentleman is my guest.
Wilder: Ah Yes! Dr Watson, of course. Enjoyed ‘The Blue Carbuncle’, sir.
Watson: Thank you. I...am...glad...you...liked it. You are very...ugly.
Wilder: I beg your pardon?
Watson: Ugly. What you said about ‘The Blue Fishmonger’. Very ugly... I am glad you liked my potato.

Holmes: Yes. Needs work, Watson. Too much time spent on dancing lessons.

Watson: Sorry, what? Oh.

Кабинет Майкрофта

Майкрофт:
Для того, чья цель постичь человечество, здесь лучшее место.
Холмс: Да, тем более что твоя необъятная задница приросла к нему. Доброе утро, брат.
Майкрофт: Шерлок! Доктор Ватсон!
Ватсон: Выглядите... неплохо.
Майкрофт: Да? А я думал, грандиозно выгляжу.
Ватсон: Ну, раз уж вы об этом заговорили, должен предупредить, что такой уровень потребления крайне вредит здоровью. Ваше сердце...
Холмс: Об этом не волнуйтесь, Ватсон.
Ватсон: Нет?
Холмс: Там, где должен располагаться этот орган — вакуум.

Майкрофт: Семейная черта.
Холмс: О, не воспринимай это как критику.
Ватсон: При таком питании, сэр, я даю вам лет пять, не больше.
Майкрофт: Пять? Мы думали, три. Верно, Шерлок?
Холмс: Я склоняюсь к четырем.
Майкрофт: Ты, как всегда, видишь, но не делаешь выводов. Обрати внимание на жировые отложения по краям роговицы.

Холмс: Ты прав. Я меняю условия пари. Три года 2 месяца 5 дней.
Ватсон: Э-э.. пари?
Холмс: Я понимаю ваше недовольство, Вастон. Но ради выигрыша он вполне способен умереть раньше.
Майкрофт: Согласись, игра — это риск.
Ватсон: Предмет игры — ваша жизнь?
Майкрофт: Почему нет? Это намного увлекательнее, чем жизнь других.
Холмс: Три года ровно, если съешь этот пудинг.
Майкрофт: По рукам!

Майкрофт: Я ждал твоего визита пару дней назад в связи с делом в Мэнор-хаусе. Думал, оно поставит тебя в тупик.

Холмс: Нет, я разобрался.
Майкрофт: Это, конечно, был Адамс.
Холмс: Именно, Адамс.
Майкрофт: Смертельная зависть. Он написал доклад для астрономического общества о наклонении эклиптики, а потом прочел другой, который был лучше, чем его.
Холмс: Знаю. Я читал.
Майкрофт: Ты понял?
Холмс: Разумеется, понял. Там все элементарно.
Майкрофт: Нет, ты понял, что такое смертельная зависть? Это нелегко для великого ума — допустить чье-то превосходство.
Холмс: Ты позвал меня сюда для того, чтобы унизить?
Майкрофт: Да.
Майкрофт: Хе-хе, конечно, нет, но это такое удовольствие...

Холмс: Тогда будь так добр, объясни, для чего...

Майкрофт: Нашей жизни угрожает невидимый враг. Он ежедневно находится с нами рядом. Эти враги повсюду, невычисляемые и непреклонные.
Ватсон: Социалисты?
Майкрофт: О нет, не социалисты, доктор.
Ватсон: Анархисты?
Майкрофт: Нет.
Ватсон: Французы? Суфражистки?
Майкрофт: Слушая вас, начинаешь думать, что кругом одни враги.
Холмс: Доктор Ватсон излишне бдителен. Дай намек!
Майкрофт: Нет, расследуй сам. Это только предположение. Ты должен его подтвердить. Я направляю тебе дело.
Ватсон: Шотландцы.
Холмс: Шотландцы?
Майкрофт: А вам известна новая теория о том, что называют паранойей?
Ватсон: О, значит, сербы.
Майкрофт: Тебе позвонит женщина, леди Кармайкл. Прошу тебя взять ее дело.
Ватсон: Но как мы победим этих врагов, если о них ничего не знаем?
Майкрофт: Мы их не победим. Мы им неизбежно проиграем.
Ватсон: Почему?
Майкрофт: Потому что они правы, а мы нет.
Холмс: Дело Леди Кармайкл — в чем его суть?
Майкрофт: Будь уверен, там есть любопытные детали.
Холмс: Я никогда такого не говорил.
Ватсон: Нет, говорили.
Холмс: Ты, разумеется, уже нашел ответ.
Майкрофт: Только в голове. Ты будешь моими... ногами.

Ватсон: Почему вы с нами не поделитесь?
Майкрофт: Тогда в чем будет азарт? Берешься, Шерлок? Я обещаю тебе отменное развлечение.
Холмс: С одним условием — съешь еще пудинга.
Майкрофт: Непременно.
Холмс: 2 года 10 месяцев 3 дня.
Майкрофт: Ха! Игра набирает силу. Тик-так, тик-так, тик-так...
Холмс и Ватсон уходят, Уайлдер вкатывает сервировочный столик с едой.
Майкрофт:
Спасибо, Уайлдер.
Уайлдер: Еще там мистер Мэлос ждет, мистер Холмс.
Майкрофт: Ах... Дай мне пять минут, я должен выиграть пари. А еще лучше — пятнадцать. Тик-так...



Mycroft Holmes:
To anyone who wishes to study mankind, this is the spot.
Holmes: Handy, really, as your ever-expanding backside is permanently glued to it. Good morning, brother mine.
Mycroft Holmes: Sherlock. Doctor Watson.
Watson: You look... well, sir.
Mycroft Holmes: Really? I rather thought I looked enormous.
Watson: Well, now you mention it, this level of consumption is incredibly injurious to your health. Your heart...

Holmes:
No need to worry on that score, Watson.
Watson: No?
Holmes: There’s only a large cavity where that organ should reside.
Mycroft Holmes: It’s a family trait.
Holmes: Oh, I wasn’t being critical.
Watson: If you continue like this, sir, I give you five years at the most.
Mycroft Holmes: Five? We thought three, did we not, Sherlock?
Holmes: I’m still inclined to four.
Mycroft Holmes: As ever, you see but you do not observe. Note the discolouration in the whites of my eyes, the visible rings of fat around the corneas...
Holmes: Yes, you’re right. I’m changing my bet to three years, four months and eleven days.
Watson: A bet?!
Holmes: I understand your disapproval, Watson, but if he’s feeling competitive it is perfectly within his power to die early.
Mycroft Holmes: That’s a risk you’ll have to take.
Watson: You’re gambling with your own life?
Mycroft Holmes: Why not? It’s so much more exciting than gambling with others’.
Holmes: Three years flat if you eat that plum pudding.
Mycroft Holmes: Done!

Mycroft Holmes: I expected to see you a few days ago about the Manor House case. I thought you might be a little out of your depth there.
Holmes: No. I solved it.
Mycroft Holmes: It was Adams, of course.
Holmes: Yes, it was Adams.
Mycroft Holmes: Murderous jealousy. He’d written a paper for the Royal Astronomical Society on the obliquity of the ecliptic, and then read another that seemed to surpass it.
Holmes: I know. I read it.
Mycroft Holmes: Did you understand it?
Holmes: Yes, of course I understood it. It was perfectly simple.
Mycroft Holmes: No – did you understand the murderous jealousy? It is no easy thing for a great mind to contemplate a still greater one.
Holmes: Did you summon me here just to humiliate me?
Mycroft Holmes: Yes.
Mycroft Holmes: Of course not, but it is by far the greater pleasure.
Holmes: Then would you mind explaining exactly why you did summon...
Mycroft Holmes: Our way of life is under threat from an invisible enemy, one that hovers at our elbow on a daily basis. These enemies are everywhere, undetected and unstoppable.
Watson: Socialists?
Mycroft Holmes: Not socialists, Doctor, no.
Watson: Anarchists?
Mycroft Holmes: No.
Watson: The French? The suffragists?
Mycroft Holmes: Is there any large body of people you’re not concerned about?
Holmes: Doctor Watson is endlessly vigilant. Elaborate.
Mycroft Holmes: No. Investigate. This is a conjecture of mine and I need you to confirm it. I’m sending you a case.
Watson: The Scots.
Holmes: Scots?!
Mycroft Holmes: Are you aware of recent theories concerning what is known as ‘paranoia’?
Watson: Ooh, sounds Serbian.
Mycroft Holmes: A woman will call on you – Lady Carmichael. I want you to take her case.
Watson: But these enemies: how are we to defeat them if you won’t tell us about them?
Mycroft Holmes: We don’t defeat them. We must certainly lose to them.
Watson: Why?
Mycroft Holmes: Because they are right, and we are wrong.
Holmes: Lady Carmichael’s case – what is it?
Mycroft Holmes: Oh, rest assured, it has features of interest.
Holmes: I never really say that.
Watson: You really do.
Holmes: And you’ve solved it already, I assume?
Mycroft Holmes: Only in my head. I need you for the, er... legwork.
Watson: Why not just tell us your solution?
Mycroft Holmes: Where would be the sport in that? Will you do it, Sherlock? I can promise you a superior distraction.
Holmes: On one condition. Have another plum pudding.
Mycroft Holmes: There’s one on the way.
Holmes: Two years, eleven months and four days.
Mycroft Holmes: It’s getting exciting now! Tick tock, tick tock, tick tock.


Mycroft Holmes: Thank you, Wilder.
Wilder: Also, Mr. Melas to see you, Mr. Holmes.
Mycroft Holmes: Ah. Give me five minutes. I have a wager to win. Better make that fifteen. Tick tock.

В 221Б

Леди Кармайкл:
Мистер Холмс, мне нужен ваш совет.
Холмс: Это несложно.
Леди Кармайкл: И помощь.
Холмс: С этим бывает сложнее.
Леди Кармайкл: Кое-что произошло, мистер Холмс. Что-то таинственное и... чудовищное.
Холмс: Вам повезло.
Леди Кармайкл: Считаете?
Холмс: Я занимаюсь именно этим. Звучит заманчиво.
Ватсон: Холмс!
Холмс: Пожалуйста, поведайте нам без утайки, что вас так расстроило.
Леди Кармайкл: Я... Я долго думала, к кому обратиться, а потом вспомнила, что мой муж знаком с вашим братом и тот, возможно, уговорит вас взяться за мое дело. Вот только не уверена, что оно в вашей компетенции, мистер Холмс.
Холмс: Что?
Леди Кармайкл: Да поможет мне Бог. Я думаю, здесь нужен священник.



Lady Carmichael:
Mr. Holmes, I have come here for advice.
Holmes: That is easily got.
Lady Carmichael: And help.
Holmes: Not always so easy.
Lady Carmichael: Something has happened, Mr. Holmes – something... unusual and... terrifying.
Holmes: Then you are in luck.
Lady Carmichael: ‘Luck’?
Holmes: Those are my specialisms. This is really very promising.
Watson: Holmes...
Holmes: Please do tell us what has so distressed you.

Lady Carmichael: I – I thought long and hard as to what to do, but then, er, it occurred to me that my husband was an acquaintance of your brother and that, perhaps through him... The fact is, I’m not sure this comes within your purview, Mr. Holmes.
Holmes: No?
Lady Carmichael: Lord help me, I think it may be a matter for a priest.

Особняк Кармайклов. Семья за завтраком.

Сэр Юстас:
И чем же грозит тебе сегодняшнее утро, дорогая? Отчаянной атакой на вышивание? Утомительной примеркой у модистки?
Леди Кармайкл: Я, полагаю, ты шутишь, Юстас.
Сэр Юстас: Ха-ха-ха...
Слуга приносит ему письмо
Леди Кармайкл:
Что это? Юстас?
Леди Кармайкл: Дэниел, София, идите к себе.
София: Но Mama!
Леди Кармайкл: Быстро и без разговоров.
Дети уходят
Леди Кармайкл (видит, что в конверте зернышки апельсина и смеется):
Но, Юстас... Что это значит?
Сэр Юстас: Конец.
Леди Кармайкл: Что?
Сэр Юстас: Смерть — вот что это значит.
Сэр Юстас: Пустяки... Это пустяки. Ерунда! Я просто... ошибся.
Леди Кармайкл: Дорогой, ты весь побледнел.
Сэр Юстас: Ничего не случилось.
Леди Кармайкл: Юстас!



Sir Eustace:
And what does your morning threaten, my dear? A vigorous round of embroidering? An exhausting appointment at the milliner’s?
Lady Carmichael: I hope you are teasing, Eustace.


Lady Carmichael:
What is it? Eustace?
Lady Carmichael: Daniel, Sophie, go out and play.
Sophie: But Mama...
Lady Carmichael: Do as I tell you. Quickly, now.

Lady Carmichael:
Eustace! What does this mean?

Sir Eustace:
Death.
Lady Carmichael: What?
Sir Eustace: It means death.
Sir Eustace: Er, nothing. It’s, er, it’s nothing. I was mistaken.

Lady Carmichael: My dear, you’ve gone quite pale.
Sir Eustace: It’s nothing.
Lady Carmichael: Eustace...

Перевод Первого канала

Использован транскрипт Ariane DeVere
http://arianedevere.livejournal.com/81144.html


@темы: транскриптопереводы, спешел/special ep, Sherlock