petergirl

Глава 5. Сердце познается в беде


В итоге разговор оказался очень коротким.
— Донна сказала, вы хотите присоединиться к нам, — соединив перед лицом кончики пальцев, Стивен взглянул через стол на Джона.
Джон кивнул.
— Если это возможно. Если вы решите, что у вас есть для меня работа. — Его сердце забилось чаще. Ему нравится этот прямой, толковый человек.
Стивен открыл лежавшую между ними на столе папку. Джон не стал и пытаться читать вверх ногами — он и без того понимал, что это наверняка досье на него... вся информация, которую Донна и другие члены команды сумели собрать за время его пребывания.
— Что вам известно о нашей группе, Джон?
Тот вытянул на столе руки, повернул вверх ладонями.
— Не много. Вы очень скрытны, хотя параноиками вас не назовешь. Каким-то образом работаете на британское правительство и отвечаете только перед Короной и премьер-министром. — Он на мгновение задумался. — Это место напоминает бункер. Я каждый день вижу одни и те же лица. И все явно образованные и одаренные люди. У вас есть командная цепочка, но мне сложно в ней разобраться. Я ни разу не видел никаких знаков отличий, никаких званий или должностей... разве что несколько раз слышал, как Донну называют доктор Хэмпстед. — Он встретился глазами с внимательным взглядом Стивена. — Ваша группа чертовски странная, но она меня заинтриговала.
Стивен кивнул.
— Достаточно честно. — Он повернулся вместе с креслом. — Хорошо. Мы — то, что американцы называют "тайной секретной миссией". О нас не знает общественность, нас не указывают в официальном бюджете. Собственно, я даже точно не знаю, куда они засунули наше финансирование, но, скорее всего, в какой-нибудь департамент, имеющий слабенькое отношение к национальной безопасности.
У нас есть отделения по всему миру — в тех местах, куда часто наведываются высокие чины нашего правительства или вообще британские подданные. Главная наша цель состоит в умелом шпионаже и периодически — в обеспечении дополнительной безопасности сверх того, что может дать секретная служба. Кроме того, у нас есть еще одно предназначение — единое для всех наших ответвлений: создание безопасного убежища для королевской семьи и ключевых правительственных чинов на случай непредвиденной катастрофы. — Стивен улыбнулся. — Да, ни та, ни другая категория к вам, видимо, не относится, но вы, безусловно, попавший в беду британский подданный, и к тому же вы буквально свалились нам на голову. Так что мы приняли вас к себе и подлечили. Неплохая практика для нашего медперсонала, кстати.
Донна дает вам добро: вы можете вернуться к нормальной жизни. Она утверждает, что хотя память к вам полностью еще не вернулась, вы вполне способны заниматься обычными делами и без проблем помните все то, что происходило с начала вашего выздоровления. Она сказала, что у вас очень хорошие способности к науке и механике, и ваша координация рука-глаз полностью восстановилась. Да, остается перемежающийся тремор левой руки, но он прекращается, как только вы получаете задачу, на которой необходимо сконцентрироваться, — Стивен закрыл папку. — Кроме того, я слышал, вы побывали на нашем стрельбище.
— Да... вчера днем. Донна подумала, что это может подстегнуть мою память.
— Ее ассистентка делала заметки, пока вы там были. Она говорит, вы держали пистолет, словно он продолжение вашей руки, а точность и твердость у вас были прямо-таки сверхъестественные. Она хотела бы посмотреть, как вы будете обращаться с винтовкой, так что ждите ее после обеда, она отвезет вас на стрельбище, — Стивен подался вперед, его взгляд стал сосредоточенным. — Должен сказать, вы нам очень кстати, Джон. Нам срочно нужны хорошие агенты: необходимо защитить потенциальную цель — этот человек сейчас в Дублине и завтра, как ожидается, будет в особенности уязвим.
Джон переглотнул.
— Завтра? — Дублин? Я в Ирландии? Наверное, надо было этим поинтересоваться.
— Да, и нам очень недостает людей, — Стивен уставился в свой компьютер. — У него, разумеется, есть собственная служба безопасности, но у нас есть причины считать, что определенные маргинальные круги желают видеть его мертвым и, скорее всего, очень постараются в этом преуспеть. Он здесь уже несколько дней, но именно завтра мы ожидаем проблемы. Официально он прибыл на какую-то конференцию, но мы получили информацию, что на самом деле целью его визита является расследование кое-какого исчезновения... связанного с захватом заложников, случившегося тут неподалеку. — Он скрутил страницу, нажал на ссылку. — Мы знаем его под именем "Снеговик". Официально он правительственный функционер невысокого звена, но в реальности обладает большой скрытой властью.
— И как вы хотите меня использовать? — Завтра? Во что я ввязываюсь?
— Вы первоклассный стрелок, поэтому — как второго снайпера. Но не только: Донна говорит, у вас есть опыт военного медика. Нам нужен знающий человек на случай, если что-то пойдет не так — нужен тот, кто при опасности не потеряет головы, сумеет взять ситуацию под контроль и обеспечит первую помощь — и если надо, под пулями. — Стивен сосредоточил пристальный взгляд на Джоне. — Кроме того, Донна считает, что, как говорится, "возвращение в седло" может дать вашей памяти встряску и вернуть недостающие воспоминания. Мы готовы взять на себя этот риск.
— Риск?
— Да, риск, что к вам полностью вернется память и вы захотите выйти из нашей миссии. — Его взгляд потеплел. — Судя по тому, что я слышал, вы здесь не такое уж чужеродное тело. У вас нет семьи и друзей — нет привязанностей. Так что в случае вашего выздоровления есть приличные шансы, что вы станете нам даже еще полезнее.
Джон сделал глубокий вдох.
— Я с вами. Рассказывайте.
Слушая подробности будущего задания, он подался вперед. Его взгляд стал пронзительно-острым, как у борзой, взявшей след, а левую руку покинули последние остатки тремора.

* * *


— Джон, вы на позиции?
Джон закрепил винтовку на штативе и установил оптический прицел.
— Почти. — Он прицельно глянул в окуляр.
— Нам передали, что "Снеговик" проедет вашу контрольную точку через десять минут. Они опережают график. "Бентли" без опознавательных знаков, скорее всего, на выделенной полосе.
Джон подстроил фокус.
— По-прежнему неизвестно, кем — или чем — является угроза?
— Ничего определеннее, чем мы слышали на летучке. Первые три контрольных не заметили ничего подозрительного.
Внутри у него что-то сжалось.
— Значит, дело за мной и остальными двумя ребятами.
Пауза.
— Джон, это дело за вами целиком и полностью. Всем вам намеренно не говорили, в каком порядке объект будет проходить контрольные. Вы — последний. И если они в последний момент не поменяли планы, это случится у вас, что бы это ни было... Может, вы и новичок, но вы один из лучших наших стрелков. — Еще пауза. — Под вами есть еще один наблюдатель, помните об этом. Вас двое, две пары глаз. Он предупредит вас, если заметит что-то со своего уличного уровня.
Джон про себя выругался.
— Вас понял. Спасибо за вотум доверия. — Он перевел взгляд вниз, на улицу, пытаясь одновременно присматривать за выделенной полосой на предмет ожидающейся машины. Движение очень плотное. Прорва времени уходит на то, чтобы снизить скорость, подождать светофора и опять влиться в поток.
Наконец он заметил машину, которая двигалась с почти пешеходной скоростью — и остановилась в паре кварталов на красный свет. А затем его взгляд зацепился за фигуру, спешащую по тротуару к ее пассажирскому сидению.
Высокий долговязый человек. Темно-серое пальто с поднятым воротником. Взъерошенные темные волосы. Знакомая размашистая походка.
Человек из его снов. Тот самый, что прыгнул с крыши. Тот, что бегал с ним по лондонским улицам и каким-то образом сидел в Букингемском дворце в одной простыне. Тот самый, что был в том затемненном здании, в плавательном бассейне.
Тот, кто знал его имя. Тот, кто хватал его за плечи в том сне и горячо требовал вспомнить.
Я знаю его.
Я знаю его, как никого другого.
Это Шерлок. Мой сосед, мой коллега, мой лучший друг.
И он жив. О Боги, он жив.
И внезапно к нему все вернулось: все, что произошло за последние годы, вся его богатая на события жизнь. Его разум словно захлестнуло ментальным штормом.
Джон отшатнулся от прицела, уронил руки с винтовки — его в буквальном смысле пошатнул вес вернувшейся памяти. Он закрыл лицо руками, ощущая, как образовавшиеся за последние недели прорехи единым потоком заполняют воспоминания.

* * *


Сейчас Джон искренне не понимал, как вообще мог забыть тот день. Он настолько врезался ему в мозг, что, казалось, только смерть могла его уничтожить. Я помнил его смерть, но не помнил жизни. И даже того, кем он для меня был, этот невозможный, невыносимый, удивительный Шерлок. И даже того, как он вернулся из мертвых.
Залитая тишиной квартира, полная странных вещей и воспоминаний, но лишенная того, кто так ее оживлял. Ни разрозненных скрипичных мелодий, ни странных научных авантюр, ни громких тирад беспокойного молодого человека, которому срочно нужно дело, которому сию секунду совершенно необходимы сигареты, которому требуется хоть какое-то развлечение или он неминуемо зачахнет, превратится в высохшую тростиночку, которую сдует первым же порывом ветра. Полная тишина, не считая шума производимого самим Джоном, и изредка навещавшей его доброй миссис Хадсон.
Он пытался переехать. Несколько недель прожил у сестры — просто, чтобы не слышать этой гнетущей тишины. Потом вернулся назад и стал разбирать вещи Шерлока, намереваясь отдать научные приборы в какую-нибудь школу, а большую часть личных вещей сбросить на Майкрофта. Себе он собирался оставить лишь несколько странных вещиц: череп, потрепанную доску для игры в "Клюэдо" и, наверное, еще скрипку друга.
Но он не смог съехать. Провел в квартире одну ночь и на следующий день вернулся к Гарри за своими вещами. Окунуться в приятный, такой безопасный сон наяву — представить, что Шерлок просто куда-то уехал и не сумел вырваться обратно домой — оказалось легче, чем он предполагал. Джон вышел работать в клинику на полный день и старался брать максимальное количество часов, чтобы занять себя и заполнить ставшие пустыми дни. Его доходы снова стали довольно солидными, и он мог оплачивать полную цену за всю квартиру. Миссис Хадсон откровенно радовалась, что он остался.
Большую часть времени Джон проводил наедине с собой. Он по-прежнему поддерживал дружеские отношения с Грегом Лестрейдом, но прошел не один месяц, прежде чем они смогли пойти вместе в бар и выпить пинту другую без неизбежных разговоров о Шерлоке. Собственно, в первый раз они совершили такой поход через несколько дней после похорон. Джон тогда ввязался в безобразную свару с каким-то типом, который узнал его в баре и отпустил пару ехидных замечаний насчет "этого ненормального детектива-прохвоста". Лестрейду пришлось оттаскивать Джона от обидчика, чтобы не дать его покалечить, и потом использовать все свои связи и дар убеждения, чтобы избавить доктора от официального обвинения в нападении.
Во вторую вылазку Джон уже не затевал драк, но ко второму пиву совершенно расклеился и залил слезами свою кружку. Лестрейд отвез его домой на такси и просидел с ним несколько часов, пытаясь утешить и разделяя судорожно выплескивающееся из Джона горе, копившееся внутри с самых похорон.
В конце концов, ему удалось добиться своего рода какого-то равновесия. Его жизнь не стала нормальной, в ней отсутствовало счастье и радость, но он мог есть, спать, работать, общаться с друзьями и порой даже улыбаться.
А потом по прошествии многих и многих месяцев он просто вернулся вечером с работы домой, заглянув по пути на рынок, и обнаружил, что квартира оккупирована ожившим мертвецом. Шерлок стоял посреди гостиной, грязный, изможденный, со спутанными волосами, в рваной одежде, почти неузнаваемый с виду... но несомненно он и несомненно живой.
Джон от шока выронил свои покупки. Продукты с грохотом рассыпались по полу, но он даже не вздрогнул, только неотрывно смотрел на явившееся привидение.
— Лучше бы тебе быть настоящим, — хрипло произнес Джон. — В данный момент я совершенно не расположен заработать себе галлюцинации.
И Шерлок ему улыбнулся. Сквозь крайнюю усталость и истощение его лицо вспыхнуло светом словно маяк... на нем заиграла искренняя, радостная, светлая улыбка — почти невиданное другими зрелище. Та самая улыбка, которая сразу прогоняла гнев, и при виде которой Джон прощал своему соседу прочти любое безумство, несмотря на весь здравый смысл. Вот почему он просто отбросил всю свою осторожность и шагнул вперед, в неуверенно раскрытые объятия своего друга, смеясь, плача и кляня его на чем свет стоит.
Позже были и объяснения, и оправдания, и даже добрая порция споров и крика. Джон был зол на обман и длинное отсутствие, пусть даже и понимал теперь, что это было необходимо. Но в действительности все это было уже неважно. Только воспоминание, которое он хранил в своем сердце как лакмус... единственное воспоминание, что на самом деле только и имело значение, то, что отсутствовало и теперь вернулось к нему... крепко обнимающие его руки Шерлока и рваный, шепчущий голос друга:
— Все хорошо, Джон. Уже все хорошо. Все кончилось. Я здесь. Я настоящий, и я дома. И я никогда больше не уйду.

* * *


— Джон! Вы меня слышите? Ваша цель появилась! Это наверняка он!
Джон рывком выдернулся из прошлого и приник глазом к окуляру как раз в тот момент, когда Шерлок распахнул дверцу "бентли" и втиснулся на пассажирское сидение. "С чего это Майкрофт, как идиот, разъезжает по Дублину с незапертой дверцей?" — всплыла у него в голове невольная мысль.
— Джон! Черт подери, Джон! Стреляйте!
— Нет... — прошептал тот, все еще в ошеломлении от открытия собственной личности, и потом повторил погромче: — Нет. Это его брат. Они не враги. — Он подкрутил фокусировку, чтобы видеть заднее сидение и повел прицелом за машиной, которая съехала к выделенной полосе и там остановилась.
— Иисусе, Джон, они дерутся. Я вижу отсюда. Нельзя медлить, потом может быть поздно.
Джон сглотнул сухим горлом. Шерлок схватил брата за плечи и потряс — явно злой и расстроенный. Майкрофт же, похоже, никак не пытался защититься. Шофер и охранник бросали через плечо обеспокоенные взгляды, но вмешиваться не решались.
— Он не угроза. Я знаю его. Это его брат.
— Вы знаете брата "Снеговика"? Постойте, вы знаете самого "Снеговика"? Иисусе, Джон, кто же вы?
Я знаю, что Шерлок ему не угрожает. Так где же истинная угроза?
И в этот момент он ее увидел — увидел с кристальной ясностью, свойственной лишь тем, кто побывал на войне. Притулившаяся на тротуаре тележка с хотдогами — такая привычная глазу, такая безвредная — и так близко к машине Майкрофта. И ее хозяин — в ухе которого Джон отчетливо разглядел сквозь мощные окуляры наушник — как раз отставил в сторону свои щипцы и бутылку кетчупа, потянулся внутрь тележки, вытащил оттуда пистолет и пошел по направлению к "бентли". Мертвые глаза. Явно фанатик, террорист, не профессионал.
Чувствуя, как начинает шуметь в ушах и ощущая долгожданную сладостную уверенность в себе и своих силах, Джон тщательно прицелился и положил продавца "хотдогов" с одного беззвучного выстрела.

* * *


— Шерлок! Прекрати, — Майкрофт наконец вырвался из хватки брата. — Возьми себя в руки. Ты выставляешь себя на посмешище.
— Он жив, — Шерлок, тяжело дыша, выпустил Майкрофта. — Или, по крайней мере, был жив несколько дней назад. И ты что-то точно об этом знал, ублюдок. Почему ты не сказал мне?
Майкрофт одернул пиджак.
— Да, я знал... кое-что. Ничего определенного. Ничего, что мог бы рассказать тебе, не пробуждая ложных надежд. — Он нахмурился. — Куда более насущный вопрос, как тебе удалось что-то на этот счет выяснить? В Ирландии у тебя нет "сети бездомных".
— Остались кое-какие связи. Тебя, как минимум, раз подслушивали за телефонным разговором. Тебе следовало быть осторожнее.
— Какая ирония слышать это от тебя.
Машина тронулась с места, выруливая с выделенной полосы.
— Лучше расскажи все, что тебе известно, Майкрофт, — в тихом голосе Шерлока зазвучали опасные нотки. — Если Джон жив, я найду его, где бы он ни был.
Если он жив, Шерлок, есть вероятность, что он не... остался невредимым.
— И что это, черт подери, должно означать?
Майкрофт уставился прямо перед собой.
— Я получил одно сообщение... очень отрывочное и ненадежное, от одного из наших самых неординарных и тайных агентств... оно указывает на определенную степень мозговой травмы. Потерю памяти, если быть точным.
У Шерлока сжало горло. Мозговая травма. Он представил Джона, чья память, возможно, необратимо повреждена, острый ум замутнен, а умелые руки врача лишены своих навыков.
— Если это так... Если он... пострадал, я отыщу то, что ему поможет. Что бы ни понадобилось. Бог знает, в каком я перед ним долгу, — Шерлок сделал глубокий вдох, машина, тем временем, остановилась на красный свет. — Я задолжал ему все в этой жизни. Но сначала я должен его найти.
Он оглядел перекресток, и какое-то резкое движение внезапно привлекло его взгляд.
— Майкрофт!
Тот поднял бровь.
— Кто-то только что застрелил продавца хотдогов. Здесь что-то не так, — не обращая внимания, что машина уже тронулась с места, Шерлок разблокировал дверцу и стал выбираться наружу. Когда его ноги коснулись асфальта, он на мгновение закачался, но быстро восстановил равновесие и ринулся к тротуару.

Глава 6. Миг и вечность


— Джон! Что происходит? — затрещал в наушнике голос Стивена.
— Цель поражена. Повторяю, цель поражена, — Джон снова приник к окулярам. — Поражена и не двигается. Продавец хот-догов, стоял у своей тележки и поджидал машину. Иисусе, мы едва успели.
— Есть признаки второго снайпера?
— Отрицательно.
— Что ж, похоже, вы были правы. "Снеговик", кажется, не пострадал и, что бы там ни было с его... братом, похоже, что все в порядке. Откуда вы узнали, кто он такой?
— В этом и суть, Стивен. Мне нужно покинуть пост. Я знаю, кто он, потому что ко мне вернулась память.
Наступила мертвая тишина. Потом наушник снова ожил:
— Из "бентли" кто-то выходит.
— Вот дерьмо.
Джон снова глянул в прицел и увидел, как из тронувшейся с места машины выпрыгнула безошибочно узнаваемая фигура Шерлока. Джон бросил винтовку, убедился, что спрятанный под одеждой пистолет — под рукой, и зашагал к лифту.

* * *


Направляясь к тележке с хотдогами, Шерлок ощущал себя беззащитным, но манящее "что-то происходит", как всегда, оказалось сильнее инстинкта самосохранения. Они с Майкрофтом провели в Дублине уже трое суток и вплоть до сего дня с его шаткой крупицей информации — совершенно без толку. Ни единого слова о Джоне, ни одного намека, пока однокурсница Шерлока (симпатизирующая ему еще со времени учебы в университете и с тех же времен замужняя) не навела его на слухи о телефонных переговорах собственного брата.
Шерлок коротко остановился у искомой тележки. Ее хозяин лежал без сознания, но еще дышал. Судя по пятнам крови, пуля ударила ему в живот. Шерлок не был медиком, так что не стал задерживаться для оказания помощи, но быстро огляделся в поисках дополнительных сведений. Зачем кому-то стрелять в продавца хотдогов? Он быстро осмотрел тележку: стандартного типа, но под рукой всего несколько готовых сосисок, лишь одна бутылка кетчупа и чуть-чуть наличных в ящике. Значит, он пробыл здесь недолго, а обеденное время давно прошло. Это бессмысленно. Значит, это не просто парень с хотдогами. Шерлок снова посмотрел на пострадавшего и увидел то, чего не замечал раньше: в ухе у него имелся наушник. Он перевернул ногой тело и увидел под ним пистолет.
Убийца-наемник.
С шипением втянув в себя воздух, Шерлок поднял с земли оружие. Здесь не Великобритания, и по причине международной безопасности он не имел права привозить сюда что-то смертоноснее своих мозгов, но он не идиот, чтобы упускать такую возможность. Он сунул пистолет в карман своего фирменного пальто и размашистыми шагами вернулся назад к тротуару. Удивительно, но жизнь в Дублинском даунтауне шла своим чередом, словно ничего не случилось; очевидно, кроме самого Шерлока, никто не заметил ни самого выстрела, ни упавшего продавца хотдогов.
Внезапно он застыл на месте, потрясенный открывшимся перед ним видом. Ему навстречу шел человек — тот, чей облик и походка навечно отпечатались в каждом нейроне его мозга. Крепкий, невысокий, нервный, с экономными движениями... светлые с проседью волосы, армейская стрижка, глаза напряженно стреляют по сторонам, отслеживая обстановку. По сторонам, но не назад. Нет, он не оглядывается, потому что это выглядело бы подозрительно.
Джон.
На долю секунды, еще не успев как-то отреагировать на все прочее, Шерлок буквально вдохнул это зрелище. Его друг — живой и вполне здоровый — решительно шагал по даунтауну Дублина, прямо по О'Коннел-стрит. И смотрел он прямо перед собой — совсем не так, как смотрят люди с черепной травмой, поврежденным мозгом или потерей памяти. Шерлок ощущал, как внутри бурлит радость, стремительно достигая совершенно заоблачных высот.
Но кто это там позади?
Шерлок сузил глаза. Джона кто-то преследовал. Какой-то человек — среднего роста, короткие волосы, очень неприметный — шел за ним по пятам и казался чужеродным телом. Он держал дистанцию в определенное количество шагов и не сводил с глаз Джона. И, как и у продавца хотдогов, у него тоже виднелся в ухе наушник, белым проводком сбегая по шее.
Шерлок метнулся за ближайший мусорный бак — сердце колотилось как сумасшедшее (С какой стати? Опасные ситуации ему давно не в новинку. Но сейчас он пытается спасти жизнь своему другу...) — и пропустил Джона с преследователем вперед. После чего выскользнул с другой стороны бака и пристроился вслед за мужчиной, который, как он начал подозревать, был...
... второй убийца. Именно так, потому что он сейчас тянется за пистолетом, уже его вытащил, и Джон для него легкая добыча, а я только что его обрел, я не могу снова его потерять...
Шерлок рванулся вперед, что есть сил, схватил бандита нижним захватом под колени, сбил на землю, и они вместе повалились на тротуар.

* * *


Джон был расстроен. Он знал, что Шерлок где-то поблизости, но не мог активно заниматься поисками, сознавая, что за ним могут следить. Он потерял из виду майкрофтовский "бентли" — единственную ниточку, связывающую его с прошлым, но не слишком на этот счет волновался; у старшего Холмса наверняка и в Дублине были камеры. Теперь, когда я вынырнул из подполья, он так или иначе меня найдет; главное, что он сейчас в безопасности. Но где же Шерлок?
В этот момент он услышал позади себя шум. Он рефлекторно обернулся и увидел, что на расстоянии дома от него завязалась схватка.
Казалось, Шерлок одерживает верх, наваливаясь телом на своего противника, но они оба приземлились на тротуар не самым приятным образом, и незнакомцу удалось первым вскочить на ноги. Он тут же сунул руку за пояс, явно собираясь выхватить оружие. Время словно замедлилось. Джон хотел было закричать и рвануться другу на помощь...
... и в этот миг увидел, что в руке Шерлока блеснул пистолет, услышал выстрел и из груди незнакомого мужчины хлынул неправдоподобно сильный фонтан крови.
Джон замедлил шаги, убеждаясь, что его собственный пистолет скрыт одеждой. Тот человек, убийца, больше не шевелился. Джон знал, что видит перед собой мертвеца. Шерлок стрелял в упор с близкого расстояния — настолько близкого, что его с головы до ног забрызгало свежей, еще теплой кровью, а в груди убитого образовалась заметная дыра. И сейчас детектив стоял у трупа в состоянии полного ошеломления, что, правда, не помешало ему выбросить пистолет в ближайший мусорный бак.
Шерлок поднял взгляд и увидел бегом приближающегося к нему Джона. На миг — и вечность — их глаза встретились.
Джон схватил друга за локоть.
— Нам надо выбираться отсюда. Немедленно. Где твой брат?
Он глянул вдоль улицы и... о, какое ему открылось прекрасное зрелище! Джон поклялся, что никогда больше не станет недооценивать Майкрофта, ибо "бентли", как оказалось, обогнул здание по кругу и как раз сейчас съезжал на обочину, к тротуару. Джон пихнул Шерлока.
— Быстро к машине и лезь внутрь! Я за тобой! Скорее!

* * *


Как только дверца открылась и Шерлок оказался в салоне, Джон тоже нырнул следом. Не слишком изящно приземлился на заднее сидение — свалился почти целиком на Шерлока и с размаху врезался подбородком в плечо Майкрофту — и потом выпрямился.
Не будь такой спешки, он бы сполна насладился абсолютно потрясенным лицом старшего Холмса. Уникальный шанс, такого больше никогда не предоставится.
— Черт побери, Джон...
— Нет времени объяснять. Майкрофт, кому-то очень хочется вашей смерти. Полагаю, я остановил убийцу — господи, я очень на это надеюсь — но там был еще один. Он хотел убить меня, и ваш брат только что его прикончил. Там чертов кровавый ад, — Джон сглотнул. "Кровавый ад" неплохо описывал ситуацию, он и сейчас ощущал запах крови, забрызгавшей Шерлока с головы до ног. — Надо выбираться отсюда. Скажите своему шоферу давить на газ. Пусть везет нас куда угодно, только не к месту вашего назначения. И немедленно! — в его голосе зазвучали давно забытые приказные нотки военного.
Майкрофт нажал кнопку громкой связи с водителем.
— Гриффит! Планы изменились. Как можно скорее выезжайте на автостраду. Любым маршрутом!
Подчиняясь приказу, шофер круто развернул машину, перегородив сразу три полосы. Не пристегнутый ремнем Джон потерял и без того хрупкое равновесие и снова опрокинулся на спину. И лишь рефлекторно обвившаяся в защитном жесте рука Шерлока не позволила ему врезаться в багажный отсек и удариться головой о стекло.
— Спасибо, — переводя дух, поблагодарил он и почувствовал, что Шерлок в ответ обхватил его обеими руками, прочно удерживая на месте. Джон явственно ощутил нелепость собственной позы: он сильно навалился боком на Шерлока, практически сидел у него на коленях. Он попытался было выпрямиться и сползти на среднее сидение, но удерживающие его руки конвульсивно сжались еще крепче, словно живой ремень безопасности, и ему пришлось остаться примерно на том же месте. Джон изогнулся назад, пытаясь получше разглядеть знакомое до боли лицо человека, чью личность его разуму удалось вспомнить лишь какие-то минуты назад.
Джона потрясло и тронуло, что Шерлок, похоже, плакал. Он молчал, но по его щекам определенно текли слезы, смешиваясь с потеками крови, брызнувшей на него со второго убийцы. Он сидел с закрытыми глазами, вцепившись в Джона, как ребенок — в сломанную игрушку. Джон накрыл ладонями обнимавшие его руки.
— Эй, все хорошо, — прошептал он.
— Ты жив, — послышалось в ответ. — Все говорили, что ты мертв, но... на самом деле ты — жив.
Джон глянул на Майкрофта, ожидая, что тот закатит глаза при виде столь непривычного для младшего брата проявления эмоций. Но Майкрофт смотрел на Джона со смесью неверия и облегчения, и его глаза тоже казались подозрительно влажными.
Очень, очень осторожно Джон высвободился из объятий Шерлока и соскользнул на среднее сидение. Памятуя, какой вираж они только что заложили при развороте, доктор потратил пару секунд на то, чтобы пристегнуться. После этого он наконец глубоко вздохнул и задал очевидный вопрос:
— Меня считали мертвым?
— Джон, вы пропали на целый месяц, и да, большую часть времени вас считали предположительно погибшим, — ответил Майкрофт, а Шерлок, тем временем, украдкой вытер рукавом глаза. Джон ощутил, как обтянутая перчаткой рука детектива незаметно проскользнула к нему в ладонь — и такие настоящие пальцы коснулись его руки. Он успокаивающе сжал их в ответ и понял, что губы растягиваются в широкой улыбке. Кто бы мог подумать, что этот ненормальный действительно станет обо мне так переживать.
Майкрофт же продолжал:
— Гарда не смогла отыскать вас. Мои лучшие люди не смогли вас найти. И даже Шерлоку это оказалось не под силу.
— О. Ну, я все-таки выжил. И был... в некотором роде, в подполье. Только большую часть времени я не знал, кто я такой. Так что неудивительно, что вы не смогли меня найти. Хотя все же вы могли бы вести свои поиски менее скрытным образом. Люди, у которых я жил, утверждали, что среди пропавших без вести не было никого, подходящего под мое описание. — Джон свободной рукой потер лоб. — Кстати говоря, у меня до сих пор кое-что еще немного в тумане. Но, полагаю, в целом уже все в порядке.
Чьи-то осторожные пальцы — собственно, Шерлока, который наконец выпустил руку Джона — стали ощупывать его голову. Тот от знакомого прикосновения ненадолго прикрыл глаза.
— Твоя голова... у тебя была травма головы, — Шерлок посмотрел ему в лицо, в глаза, и Джон увидел в его пристальном взгляде явное беспокойство.
— Все уже зажило, — ответил он и широко улыбнулся, так что заболели щеки. Он словно парил на крыльях адреналина и чистого, незамутненного счастья и заметил, что радость наконец заполонила и самого Шерлока, одарившего его одной из своих редких искрящихся улыбок. — Я в порядке. Правда. Хотя рассказывать, что со мной случилось, придется очень и очень долго. — Он глубоко вздохнул. — Доставьте нас в какое-нибудь безопасное место, Майкрофт. Уладьте все с властями, и я расскажу вам эту чертову историю.

* * *


Когда они наконец вернулись в отвоеванный Майкрофтом номер отеля, Джону потребовалось около двух часов, чтобы рассказать о своем спасении и соединить вместе остальные детали. К концу он уже совершенно выдохся и без конца зевал.
Ехали они под аккомпанемент переговоров старшего Холмса с местными властями — тот объяснял наличие трупов, оставленных Джоном и Шерлоком на О'Коннел-стрит. Влияние Майкрофта даже здесь, в Ирландии, было безоговорочным; двое наемников пытались убить ключевую фигуру британского правительства — этого факта вполне хватало, чтобы уберечь Шерлока и Джона от серьезных проблем с законом. Им предстояло дать развернутые показания, но обвинений никто предъявлять не собирался.
Шерлок под нажимом Джона признался, что провел без сна несколько дней, и теперь сыщик глубоко спал на роскошном красном диване, откинув голову на плечо друга. Джон не мог заставить себя его спихнуть или даже просто осторожно переложить в более удобную позу. Прикосновение Шерлока было таким трогательным и доверчивым.
Друг его здорово беспокоил. Всю дорогу к отелю он был очень, очень тихим и тайком старался держать Джона за руку. Как только они прибыли в номер, Шерлок сразу ушел в душ смывать с себя кровяные брызги и переодеться в халат и пижаму. "Как же его должны были потрясти сегодняшние события", — подумалось доктору. Шерлок сходил с ума от тревоги за Джона, узнал, что друг жив, и был вынужден убить человека, чтобы спасти ему жизнь... и все это за какие-то несколько минут. Такая ядреная смесь потрясла бы и куда более уравновешенного человека, не то, что Шерлока.
Наконец рассказ подошел к концу, и вопросы Майкрофта тоже постепенно иссякли. Несколько минут все трое — вернее, двое не спящих — сидели в уютной тишине. Джон с Майкрофтом потягивали превосходный бренди, поданный им в номер после позднего ужина. Бокал Шерлока, в котором недоставало всего пары глотков, в одиночестве притулился на маленьком, но элегантном кофейном столике.
— Что ж, Джон, примите мои поздравления. Вам с успехом удалось выбраться из очень нехорошей ситуации и, по всей видимости, полностью оправиться от ранений, — наконец проговорил Майкрофт. — Хотя ваши действия... или, вероятно, следует сказать, ваше неоднозначное положение оставило мне работы еще, как минимум, на пару дней.
— Мое положение? — Джон взболтал янтарный напиток, лениво наблюдая за движением жидкости. Он очень редко ощущал себя таким усталым и одновременно настолько довольным. Шерлок спал рядом, изредка слегка посапывая.
— Думаю, у меня будет очень долгий разговор с главой необычного агентства, которое приняло вас в свои ряды и нашло столь интересную работу. Так говорите, его зовут Стивен?
— Да. Фамилии и должности мне практически неизвестны.
— Мы сделаем все возможное, чтобы убедить их: вы сможете послужить Короне в Лондоне ничуть не меньше, чем в их агентстве в качестве супергероя снайпера-медика. Знаете, Джон, технически вы ведь сейчас что-то вроде дезертира.
Джон рассмеялся.
— Полагаю, да. Но это очень практичное агентство, Майкрофт. Думаю, вы без труда их убедите, что мне необходимо вернуться к прежней жизни. Сомневаюсь, что здесь будут трудности. — Джон подсунул руку под Шерлока, который по-прежнему спал мертвым сном, и слегка потряс друга, отчего тот издал легкий стон. — Просто напомните о своем брате, Взрывоопасном Создании с Бейкер-стрит. Скажите, что меня командируют на постоянную вахту: приглядывать за ним во имя державы и королевы.
Майкрофт изящно наклонил голову.
— Отчаянно трудная задача и очень благородные помыслы.
Джон улыбнулся и потом снова переключил внимание на Шерлока.
— Вставай, Спящая красавица. Хватит пускать на меня слюни , иди-ка в кроватку, — Джон выбрался из-под друга и, потягиваясь, поднялся на ноги. Потеряв опору, Шерлок неуклюже плюхнулся на сидение и открыл глаза. Увидел протянутую Джоном руку, схватился за нее и позволил поднять себя в вертикальное положение.
— В кровать. Быстро.
Шерлок в ответ только кивнул. Вид у него был сонный и слегка дезориентированный.
Джон опустился обратно на диван и, тепло улыбаясь, проводил взглядом друга, который поплелся в смежную комнату-спальню.
— Интересно, сколько это продлится? Я имею в виду, его послушание.
— Слишком долго для меня все равно не будет. Джон, вы с самого начала оказываете на моего брата очень уравновешивающее влияние. А я вас за это даже ни разу не поблагодарил.
— И делаете это сейчас? — уточнил Джон, наслаждаясь уникальным в своем роде моментом.
— Именно так. — Майкрофт поднял бокал и сделал глоток прекрасного фруктового бренди. — Я вам очень благодарен, Джон. Без вашего влияния, вашей... верности, я сильно сомневаюсь, что у меня до сих пор был бы брат. — Он откашлялся. — Думаю, его загнало бы в ловушку собственное безрассудство или тьма депрессии, и сейчас он был бы уже мертв.
Джон тоже глотнул бренди.
— Думаю, вы его недооцениваете.
— Возможно. Но... в то время, когда он считался мертвым и жил под прикрытием, он вел себя иначе. Видите ли, поскольку он раскрыл мне свои планы, я регулярно поддерживал с ним контакт. И мне было совершенно очевидно, что он отчаянно по вам скучает. Да, вы — его друг, но еще и его советчик, его компас, его связь с реальностью. Он вам очень предан.
Джон кивнул.
— Вероятно. Не знаю. Я знаю только, что из нас получилась хорошая команда, — у него слегка сжало горло. — И да... конечно, он мне небезразличен. Он может невероятно бесить, но он — уникальная личность, в мире не найдется и близко никого похожего, — Джон широко зевнул.
Майкрофт изучающе посмотрел на доктора, в его взгляде проступило что-то похожее на изумление и удовольствие.
— Вы устали. Даже полагая, что вы ели и спали, в отличие от моего брата, я не смею вас дольше задерживать, — произнес он и потом показал на приоткрытую дверь в спальню, где только что скрылся Шерлок. — Я могу уведомить консьержа, чтобы для вас подготовили отдельный номер на том же этаже. Это абсолютно не сложно. Или же...
Джон кашлянул.
— Мне проще переночевать с Шерлоком. Его сейчас ничто не разбудит. И если говорить честно... ко мне ведь только что вернулась память после целого месяца амнезии. Я только-только стал самим собой, Майкрофт. И последнее, чего мне сейчас хочется, это снова остаться одному. Проснуться в чужой комнате, без единого знакомого лица... — Он передернулся и обхватил себя руками за плечи. — И, кроме того... Шерлок, по-моему, во мне нуждается. Вся эта история, кажется, его немного травмировала.
Майкрофт грациозно поднялся на ноги.
— Как пожелаете. Кстати, мне удалось вернуть те вещи, что вы брали с собой в турпоход. Они все здесь и по моему указанию должным образом выстираны и вычищены, — сообщил он, махнув в направлении спальни Шерлока.
— Спасибо вам, — Джон встал и протянул Майкрофту руку. — За все. Спасибо, что сумели удержать его в здравом рассудке, пока меня не было.
Ответное рукопожатие показалось Джону очень искренним, от чистого сердца.
— Мой дорогой доктор Ватсон. Вот сейчас мы с вами действительно на одной стороне.

Эпилог. Изваяние из одних углов и коленей


Проснувшись в полутьме, Джон в первый момент ощутил знакомую волну дезориентации — как в прошедшие недели амнезии. Но когда его глаза привыкли к льющемуся из окна лунному свету, это ощущение сразу угасло и память успешно вернула его в настоящее. Ах да... это же роскошный номер дублинского отеля и неправдоподобно большая кровать, которую он делил с Шерлоком — по причине потребности приглядеть за другом и такой сильной усталости, что лишь бы упасть на постель, и плевать на все остальное.
Джон глянул на часы, что стояли на прикроватном столике. 3:22 ночи. Он перевернулся на другой бок и уже начал опять проваливаться в долгожданные объятия Морфея, как вдруг услышал какой-то звук. Наверное, это с самого начала его и разбудило. Тихое, еле слышное шмыганье носом. А затем прерывистое дыхание... негромкое, но явно не принадлежащее глубоко спящему человеку. Нет, эти звуки явно доносились от кого-то, кто вполне бодрствовал и ронял слезы... — или, скорее, пытался от них удержаться, стараясь вести себя как можно тише.
Джон сел на постели и посмотрел на другую сторону.
Одетый в пижаму Шерлок сидел на кровати, подтянув колени подбородку и обняв себя за ноги. Даже в неярком лунном свете Джон отчетливо видел, что его зрачки расширены до предела, подбородок мелко подрагивает, а по щекам медленно ползут слезы. Сыщик поднял руку, чтобы смахнуть непрошенную влагу.
Джон быстро перебрался к нему и положил ладонь на плечо. Кожа показалась холодной; значит, он уже какое-то время так сидел.
— Эй, — улыбнулся он другу. Не факт, что Шерлок мог видеть его в темноте, но Джон все равно постарался придать взгляду и голосу успокаивающие нотки. — Знаешь, я обычно рекомендую спать в это время суток. А особенно тому, кто, по своим собственным подсчетам, провел на ногах почти три дня кряду.
Шерлок покачал головой. Лунный свет лишал его всех красок, вырисовывая прекрасным эскизом в черно-белых тонах. Пушистое облако темных волос, громадные серебристо-серые глаза, утонченное изваяние из одних углов и коленей.
— Джон, — наконец прошептал он.
— Что? — Джон решил, что эмоциональные "американские горки " последних суток — черт, даже последних недель — вполне достаточное оправдание, и осторожно обнял Шерлока за тонкие плечи. Тот никак не отреагировал — не расслабился, не прислонился к руке, но и не стряхнул ее.
— Джон... в армии... сколько раз на это понадобилось?
Джон обнял друга покрепче, пытаясь унять его дрожь.
— Сколько раз понадобилось... что?
— Убить человека, — Шерлок громко переглотнул. — Сколько раз понадобилось, чтобы тебе стало все равно?
Так вот в чем дело.
— Нисколько. Мне до сих пор не все равно, Шерлок.
— Но наше первое дело... таксист. Ты был как скала. Стальные нервы. Никаких сожалений.
— В отличие от тебя, у меня было больше времени, чтобы об этом подумать. Чтобы сказать себе: я застрелю его, если он будет тебе угрозой. Кроме того, я уже знал, чего ждать потом. Уже испытывал на себе последствия.
Шерлок на несколько секунд затих, но Джон видел, как напрягаются мышцы его подбородка.
— Я не... я сбил его на землю, выхватил у него пистолет, но я не думал, что мне придется его убить. Но у него оказался еще один... — Он невидяще уставился в полумрак спальни. — Я ни о чем не думал. Просто нажал на курок. Джон, он был от меня всего в каких-нибудь футах.
— Я знаю. Я видел. — Не то зрелище, что я с легкостью смог бы забыть.
— Вся эта кровь... и его будто удивленное выражение лица...
— Это однозначная самозащита. Он угрожал тебе огнестрельным оружием. И, кроме того, пытался убить меня. И твоего брата.
— Я знаю, — прошептал Шерлок. — Но я не хотел его убивать. Не таким образом, Джон. Он просто следовал чужому приказу.
— Ты... никогда раньше не убивал человека. — Утверждение, не вопрос. — Ни разу за всю свою работу детектива.
— Лично — нет. Не своими руками, — Шерлок покачал головой.
Джон притянул друга к себе, положил его голову себе на плечо. Задумчиво прислонился головой к темным спутанным завиткам Шерлока, прислушиваясь к его рваному дыханию. Да... они сталкивались с самым разным насилием, но он ни разу не видел, чтобы Шерлок когда-нибудь убивал. Выталкивал из окна — да. Уклонялся, позволяя смертоносной сейфовой ловушке убить бандита — да. Работал кулаками, вырубал ударом приклада, душил до полусмерти... все это было, но Джону ни разу не приходилось видеть, чтобы Шерлок в кого-то стрелял.
— Когда ты... — Джон чуть не сказал "был мертв", но осекся, — когда ты разбирался с сообщниками Мориарти... я всегда думал, что тебе приходилось кого-то из них и убивать.
— Нет. Такого ни разу не было. Обычно я передавал их местным властям. Если же это было невозможно... мне помогали. Майкрофт приставил ко мне двоих агентов, чтобы они незаметно меня страховали, делали всю грязную работу и скрывали от меня подробности. Он всегда перебарщивал с моей защитой.
— Он не только тебя защищал, он хотел, чтобы ты оставался человеком. — Особенно, когда меня не было рядом, чтобы вот как сейчас тебя выслушать. Джон отодвинулся ровно настолько, чтобы видеть лицо друга, и взял его за острый подбородок. — Посмотри на меня, Шерлок.
Мокрые от слез, широко раскрытые серые глаза встретились с его взглядом.
— За то время, что мы вместе занимались расследованиями... мне пришлось приучиться к мысли, что я — не ты, что я не могу быть тобой. У меня нет твоего мозга, нет твоей гениальной способности решать загадки. И ты тоже — не я. Ты многое делал, многое видел, но не войну. Ты — не солдат. Не основывай свои ожидания собственной реакции на то... на то, как ты сегодня поступил, сравнивая себя со мной. Я устроен совсем иначе, далеко не так, как ты. Я тоже сегодня застрелил человека. Через окно, из снайперской винтовки. Но я точно знал, что я делаю, и не один час готовился к тому, что очень вероятно, мне придется кого-то убить. И как минимум, когда это действительно произошло, я знал, что стреляю, дабы защитить твоего брата, — Джон принужденно улыбнулся. — Он иногда бывает придурком, твой брат, но время от времени и от него может быть польза.
Шерлок вывернул подбородок из его руки и уставился в окно.
— Каждый раз, когда я об этом вспоминаю... о крови, которая хлестнула из его груди и забрызгала меня с головы до ног, меня начинает подташнивать.
— Все верно, так и должно быть. — Джон придвинулся к нему поближе и осторожно обхватил обеими руками. К его облегчению, Шерлок не закаменел, а наоборот, расслабился и вернул объятия: осторожно провел руками по спине Джона, положил голову на плечо.
— Ты знаешь, в Афганистане я ведь не только латал солдат, — Джон погладил Шерлока по волосам и притянул ближе, ощущая, как его захлестывает невероятной волной нежности и благодарности. — Я провел ужасающее количество подобных разговоров с молодыми людьми — и с женщинами, и с мужчинами — которые видели... и делали в первый раз в жизни ужасные вещи. Твоя реакция совершенно нормальна.
— Но я нормальным никогда не был, — послышался приглушенный ответ. — Нормальность такая скука.
Джон фыркнул от смеха.
— Вот это уже больше на тебя похоже — Он погладил Шерлока по спине, потом еще крепче, до боли в ребрах, стиснул в объятиях, и мягко отпустил. — Как думаешь, сможешь теперь немного поспать?
— Спать тоже скучно, — со слабой, жалкой улыбкой ответил Шерлок.
Джон с притворной свирепостью на него глянул, потом шлепнулся обратно на кровать, перевернулся и зарылся в роскошное пуховое одеяло.
— Должен признать... в выборе отелей твой брат обладает хорошим вкусом. Я мог бы привыкнуть к такой кровати. — Он оглянулся через плечо. — Причем, в единоличном пользовании. Без всяких тощих костлявых обормотов, которые занимают больше половины.
Сзади раздалось хихиканье, и затем вздох.
— Джон?
— М-м-м?
— Спасибо тебе.
— Пожалуйста.
— Джон?
— М-м-м?
Джон чуть не подскочил, когда его обвили со спины тонкие прохладные руки.
— Пожалуйста. Больше никогда так не пропадай.
У Джона к горлу подкатил ком. Он крепко сжал руки, что обхватывали его грудь.
— Договорились.

@темы: фики, мои переводы, Sherlock